Второй коп наклонился поближе:

– Что там у него?

– Да вот, часики. Не хухры-мухры, а настоящий «Подводник». Фирма «Ролекс».

– "Подводник", говоришь? Может, поэтому он так и нажрался?

– Откуда у пьяницы часы за десять тысяч баксов?

– Может, просто стащил где-нибудь.

– Неа. Любой алкаш тут же продал бы такие часы. Возможно, он говорит правду. Кем он там себя назвал? Архитектором?

Митч застонал.

– Сколько ты ему всадил из своей электропушки?

– Всего одну порцию.

Они развязали Митчу запястья, посадили на багажник машины и стали ждать, когда он очухается.

– Может, и в самом деле здесь что-то не в порядке?

– И на него напало здание? Ну-ну.

– Помнишь, тот малый из окружной тюрьмы тоже рассказывал, что у них лифт убил кого-то?

– Ну и что из того?

– А то, что надо проверить.

Второй полицейский неуклюже помялся с ноги на ногу и посмотрел вверх, сфокусировав взгляд на торчавшей перед ним башне Решетки.

– Что это там? Вон там, на стене, смотри.

– Не вижу. Надо взять прибор ночного видения.

– Похоже на мойщиков окон.

– Это ночью-то? – Коп достал из багажника бинокль, приставил к глазам и навел объектив на фасад здания.

В двухстах футах над головами своих коллег из ПУЛА Фрэнк Куртис пытался ухватить обмякшее тело Рэя Ричардсона, почти потерявшего сознание. Тот беспомощно повис под прямым углом к канату, сбоку от электрической платформы. Контрольный канат выпал из его рук, и теперь от падения его спасала только тормозная сила спускателя. Голова у него была в крови, и, даже когда он, приоткрыв глаза, увидел протянутые к себе руки Куртиса, прошло около двух минут, пока он достаточно пришел в себя, чтобы за них схватиться.

– Я держу тебя, – прохрипел Куртис, перетаскивая Ричардсона к себе в люльку.

Ричардсон измученно усмехнулся.

– Понятно. А вот кто будет держать тебя? – Он тряхнул головой, пытаясь прочистить сознание, и добавил: – Возьми спусковой канат и привяжи люльку, а то нам обоим крышка. Поспеши, парень. Пока оно не попробовало еще разок скинуть нас отсюда.

Куртис подтянул Ричардсона за спасательный пояс и ухватился за конец свисавшего каната.

– Сделай петлю, – приказал Ричардсон. Куртис протащил петлю через поручень и принялся завязывать обратный узел в форме восьмерки, как это раньше делал Ричардсон.

– Неплохо, – вздохнул Ричардсон и закивал в знак одобрения. – Из тебя еще может получиться альпинист.

Уже две секунды спустя узел внезапно натянулся:

Измаил, снова выключил спусковые тормоза электрического подъемника, попытавшись отправить люльку в свободный полет.

– Что я тебе говорил? – сказал Ричардсон, когда платформа перекосилась на один бок, как опрокинутая лодка. Привязанный канат съехал на угол поручня, и двое мужчин оказались прижатыми друг к другу.

Провисшие кабели неожиданно снова натянулись, и люлька выпрямилась.

– И что теперь? – проворчал Куртис, ударившись спиной о крошечную платформу.

– Похоже, мы опять поднимаемся, – заметил Ричардсон. – Ну и отлично. Неужели тебе не нравится вид, открывающийся с крыши моего здания? Ты ведь хотел увидеть мир? Отсюда открывается прекрасный вид, дарю его тебе.

– Спасибо.

– Я полагаю, что Измаил собирается поднять нас повыше и снова швырнуть вниз. Чтобы вытряхнуть отсюда.

Взглянув наверх, Куртис заметил, что желтая стрела «Маннесманна» перемещалась влево.

– Нет, похоже, у этой сволочи что-то другое на уме, – произнес он. – Судя по всему, он хочет перетащить люльку на другую сторону здания и перерезать узел на твоем канате.

Проследив взглядом за указательным пальцем Куртиса, Ричардсон предположил:

– А может, он просто хочет разбить якорь или оборвать саму веревку.

– А она выдержит?

Ричардсон криво усмехнулся:

– Все зависит от того, чем Измаил моет окна.

Для мойки окон в здании используется разбавленный раствор уксусной кислоты. Поверхностно-активный очиститель готовится из калифорнийского лимонного сока. Однако концентрированная уксусная кислота – бесцветная жидкость – обладает сильными коррозийными свойствами, особенно в отношении нейлоновых волокон, используемых для плетения альпинистских канатов. Как только неразбавленный очиститель стекол попадает на нейлоновую веревку, резко нарушается структура полимерных молекул и падает их прочность.

– Взгляни туда, – сказала Элен, показывая рукой в сторону Хоуп-стрит, которая быстро заполнялась синими мигалками. – Должно быть, их заметили. Или Митчу все-таки удалось выбраться наружу.

– Слава Богу, – проговорила Дженни, но тут же подумала, что для Ричардсона и Куртиса помощь, наверное, уже запоздала. Она отчаянно пыталась придумать, как бы остановить неумолимое движение стрелы «Маннесманна». Заметив неподалеку брошенный Ричардсоном газовый ключ, она подняла его, а затем стремительно подбежала к катившемуся роботу и сунула ключ в щель между колесом и монорельсом.