Арива понуро кивнула. Всем своим сердцем, всем своим сознанием она ничего не желала так, как служить своему королевству, однако ее угнетала мысль о том, что ей, может быть, пришлось бы доказывать свои права годами, а то и десятилетиями.

Нортем мягко коснулся ее руки.

– Вот что я мог бы вам предложить. Возродите Исполнительный Совет. В первые годы своего правления ваша матушка сделала подобный шаг. Назначьте в совет всех тех, кто обладает определенным влиянием или реальной властью: представителей Двадцати Домов, ремесленников, армии, теургии, ваших главных чиновников. Дайте им всем понять, что они собрались именно для того, чтобы давать советы, а не подменять вашу власть. Пусть каждый из тех, чью позицию вы будете считать враждебной для вас, поймет, что ваш неусыпный взгляд наблюдает за его действиями. Спустя несколько лет, когда вы обретете большую уверенность в себе и в избранном вами пути, когда вы приблизите к себе тех, кто в действительности окажется преданным королевству, вы сможете консультироваться с советом по все более и более незначительным делам, и вскоре членство в этом совете станет не более, чем почетной обязанностью, а вы таким образом приблизите к себе избранных.

– Мне по душе ваш совет, – сказала Арива, чуть подумав. – Вы конечно, должны стать одним из членов этого собрания.

Нортем казался застигнутым врасплох.

– Не место для духовенства в столь интимной обстановке так тесно связываться с политическими делами…

– И тем не менее в этом случае вы станете исключением из правил. Мне необходимо, чтобы рядом со мной были мои друзья.

Нортем заметил в глазах Аривы решимость и развел руками.

– Конечно, если таково ваше повеление.

– Это просто мое желание, – со всей возможной вежливостью произнесла Арива.

Нортем улыбнулся, его позабавило то, как тщательно она подбирала слова.

– Разве в таком случае я могу отказаться?

В повозке Грапнеля было душно, повозка тряслась так, что у каждого из беглецов комок подкатывал к горлу, так что к тому времени, когда Линан и его спутники наконец добрались до доков, они успели набить достаточно синяков и шишек. На торговое судно они проскользнули со всеми возможными предосторожностями, скрытые от большинства любопытных глаз огромными тюками хлопка и крытыми клетями, полными пищавших цыплят. Суденышко называлось «Брызги моря», было оно поистине крошечным – не более пятидесяти шагов в длину, а на траверзе в самом широком месте едва ли достигало дюжины. На самой середине палубы возвышалась единственная мачта, рея и парус были прочно притянуты к ней ремнями для того, чтобы легче было перевозить груз. На кормовой палубе весьма скромных размеров находилась рубка рулевого. На суденышке было два люка – один, побольше, располагался перед мачтой, а второй, в который мог бы пролезть только человек, между мачтой и кормой.

Невысокий жилистый матрос, запястья которого своими размерами напоминали две добрые ляжки, провел четверых беглецов вниз через люк на главную палубу, где экипаж корабля занимался передвижением погруженных через основной люк клетей и тюков.

– Теперь подождите здесь, за вами придут либо Грапнель, либо капитан, – сказал матрос с заговорщической ухмылкой. Очевидно, ему весьма нравилось собственное участие в предприятии, направленном на то, чтобы одурачить Королевскую Стражу. С этими словами он вернулся на верхнюю палубу, предоставив беглецов самим себе.

Несколько минут они наблюдали за работой матросов, от души любуясь их силой и навыками работы с канатами и снастями. Огромные клети передвигались с места на место с необыкновенной легкостью, хотя по скрипучим звукам, которые издавали при этом доски палубы, можно было с уверенностью судить об их неизмеримом весе. Камаль переминался с ноги на ногу – не в его характере было оставаться в стороне от работы, которую на его глазах выполняли другие. В конце концов, не выдержав, он шагнул вперед и даже протянул руку, однако один из матросов жестом отправил его обратно на предназначенное для ожидания место. Камаль со вздохом вернулся обратно и продолжил свой незамысловатый танец.

Чуть спустя все четверо услышали, как поднялся парус и зашумел на ветру. Еще какое-то мгновение суденышко покачалось – его малые размеры не позволяли маневрировать так, как это было бы необходимо, но в конце концов корабль отошел от дока, и город остался позади. Ощущение кружения уступило место чувству легкой качки, которое было менее тошнотворным.

В отверстии люка появилась голова Грапнеля, он позвал их всех на верхнюю палубу. Линан взглянул за корму и увидел Кендру, удалявшуюся с каждым мгновением. При мысли о том, что он, возможно, никогда сюда не вернется, его охватила тоска.

Грапнель стоял за спиной высокой тучной женщины, бритой наголо, с золотистой кожей.

– Представляю вам капитана Туральер, – произнес он, обращаясь к беглецам, и они обменялись с капитаном короткими приветствиями.

– Шехир заглотил наживку, – продолжал Грапнель, – теперь он спешит во дворец. Скоро мы обойдем мысы, и тогда вы сможете отправиться дальше сами по себе. Будем надеяться, что все внимание наших преследователей будет направлено на «Брызги моря».

– Вас захватит в плен королевский флот, – мрачно предупредил Камаль. – Их корабли намного быстроходнее вашего.

– Да, однако их экипажи не так отважны и опытны. Мы успеем выбраться в Разделяющее море и исчезнем из вида, нас не смогут заметить ни с какого берега, так что им не удастся долго нас преследовать.

– И что ты станешь делать дальше? – спросил Камаль.

– У меня есть друзья в Чандре. На какое-то время я укроюсь там. – Грапнель пожал плечами. – Кто же может знать, что суждено в будущем для каждого из нас. Мне думается, что ваш путь гораздо более опасен и рискован, чем мой.

– Когда же нам предстоит расстаться? – спросила Дженроза.