— Нет, в кухне что-то другое…

— А что? Плитки ПХВ?

— В плитках я не разбираюсь, но явно не плитки — покрытие сплошное, из чего-то искусственного.

Ясно, из искусственного. А из чего он хотел? Из мрамора? Только что это может быть? Метражированный полихлорвинил?

— А в ванной у тебя наверняка глазурь?

— Что ты имеешь в виду? Кафель на стенах?

— Ага.

Как можно не знать, что такое глазурь?

— Нет, не глазурь. Ванная окрашена, но очень красиво.

— В жизни не видела красиво окрашенной ванной. А потолки высокие?

— Высокие. Метра четыре.

— Четыре?! Исключено. До войны — да, были такие потолки. Сейчас таких домов не строят.

— Ну, чуть пониже. Но не меньше трех с половиной. Умоляю тебя, только не заставляй меня измерять.

Будь моя воля, я бы заставила, очень уж этот факт меня заинтриговал. Три с половиной метра? Нестандартная высота, странный дом, откуда он взялся? Пристройка к старому зданию?

— А что у тебя за окном? Как насчёт пейзажа?

— Трудно назвать это пейзажем. С одной стороны кусочек чего-то вроде сквера, а с другой — стоит здание. Очень удобно стоит, сразу после полудня затеняет солнце. Меня это устраивает, не люблю, когда жарко.

Итак, расположение известно. Теперь уточним местонахождение.

— А на каком этаже?

— На третьем.

— Дурацкий этаж. Не знаешь, то ли пешком подниматься, то ли лифтом. Когда карабкаешься вверх, кажется высоко, а когда донимает шум — чересчур низко.

— У меня нет шума. Идеальная тишина. Никакого движения, никакой толчеи. Потому-то я сюда и переехал, прежняя квартира тоже была недурна, мне она нравилась, но там в пять утра будили автобусы. А после развода, когда я остался один, она для меня оказалась слишком просторной. Как-то неприлично одному занимать хоромы из трех комнат, да ещё с кухней.

— Прежняя у тебя тоже была в центре?

— Ну да. На углу Мокотовской и Котиковой. Как раз по Мокотовской и ездят автобусы.

— А ты случайно не собираешься заняться ремонтом? Меня эта проблема ужасно угнетает, давно пора сделать ремонт.

— У меня такой проблемы нет. Я здесь живу.., погоди, сколько я здесь живу? Два года. Да, скоро уже два года. Квартира ещё как новенькая.

— А ты её получил или обменялся?

— Получил, абсолютно новую. Ещё и поджидала меня несколько месяцев, остальные жильцы давно заселились, а мне все не хотелось расставаться с прежней.

— Ох, как я тебе завидую, — подзуживала я. — Чего доброго, скажешь, что у тебя и лестничная клетка какая-то особенная…

— Да, лестничная клетка неплохая.

— ..я тогда точно заболею от зависти. По поручням можно съезжать?

— Не понял?

— Можно, спрашиваю, съезжать по поручням? Я это очень люблю, сколько лет каждый день каталась.

— Знаешь.., не пробовал. По-моему, нельзя, чересчур крутая.

— В каком смысле крутая? В два пролёта?

— Нет. Идёт как-то так: сначала три ступеньки, потом четыре, потом ещё по несколько ступенек, потом одна…

Я аж онемела. Что он такое говорит? Одна ступенька? Ничего такого в современном домостроении нет, разве что… Черт подери!

В голове у меня мелькнул зыбкий просвет. Опять что-то припомнилось, вроде бы знакомое. Но мне ведь казалось, что он должен жить на Лятавце, с чего мне втемяшился этот Лятавец? Где-то тут концы с концами не сходятся, ладно, потом разберусь.

— Ты прав, — неуверенно сказала я. — По таким перилам не наездишься. А балкон у тебя есть?

— Балконов в этом доме вообще не имеется, единственный его недостаток. Что поделаешь, нет в мире совершенства. Ты извини, придётся с тобой попрощаться, опять отбываю в командировку. Кажется, подошла машина.

— И надолго? Когда мне ждать звонка?

— Точно не знаю, но к среде вернусь наверняка.

— Среда невезучий день, ну да ладно. Счастливо тебе.

— Спокойной ночи.

Неплохой улов! Я буду не я, если и теперь ничего не добьюсь. Здание нестандартное, это ясно. Сверхнормативная жилая площадь, сверхнормативная высота потолков, дом развернут на юг — север, глядит на север с двусторонне застроенной улицы. С тыльной стороны кустарниковая зелень, улица закрыта для транспорта, либо движение там ограничено. И эта странная лестница с одной ступенькой! Не может быть, приврал или напутал, лестница не укладывается ни в какие строительные нормативы. А до того жил на углу Кошиковой и Мокотовской… Выехал два года назад, квартира была за ним забронирована… Не забыть бы — дом сдан в эксплуатацию в четвёртом квартале шестидесятого года!

А раньше жил… Стоп, привратник! Этот народ о жильцах знает все! Немедленно к привратнику!

Дай бог здоровья всем авторам детективных книг, как здравствующим, так и покойным, всем вкупе! С сердцем, исполненным признательности к вышеупомянутой братии, я отправилась на покорение тайны.

К цели можно было проторить два пути: через нынешнее его местожительство, ибо целыми пачками дома в эксплуатацию не сдаются, да ещё такие нестандартные, и через прежнюю квартиру, ибо из нового дома люди, опять же пачками, не переселяются.