В этот момент дверь открылась. В ней появился охранник.

— На сегодня все, ребята. Можете прийти завтра в часы посещений: с двух до четырех, седьмой этаж.

Для этого пришлось бы отменить съемки, что, конечно, исключалось. Билл почувствовал себя, словно ребенок, брошенный в безлюдном месте. Джейн крепко обняла его, утешая; Габи тоже осторожно обняла. Билл на мгновение задержал ее руку в своей, молча благодаря за все, что она для него сделала.

Джейн, Габи и Зак со слезами смотрели, как на Билла снова надевают наручники и уводят его. В молчании они спустились к машине, чувствуя голод и усталость. В «Роллс-Ройсе» Зака Джейн повернулась к Габи, севшей на заднее сиденье:

— Я не знала, что… ты и Билл… Она не могла подобрать нужные слова. Габи пожала плечами, явно не желая больше ничего говорить. Но Заку было достаточно одного взгляда на нее в зеркало заднего вида, чтобы безошибочно разобраться в этом поступке и его причинах: Габи была влюблена в Билла.

Вечером следователи больше не допрашивали Билла, однако на следующий день в присутствии адвоката спросили его о Габи. Они поговорили кое с кем из съемочной группы и выяснили, что между Габи и Биллом была неприязнь. Им стало понятно, что девушка лгала, пытаясь его выручить.

— Это неумно с ее стороны, — сказал следователь. — Случайно не вы ее подговорили?

Билл горестно покачал головой, беспокоясь, чтобы у Габи теперь не возникло неприятностей.

— Она не по злому умыслу. Просто…

— Да, я знаю…

Следователь часто сталкивался с подобными поступками женщин, но у Габи и Билла отношения, судя по отзывам их коллег, были не такими, чтобы она хотела ему помогать.

— Но у тебя, парень, так и нет алиби. Его глаза были холодными.

— Я не убивал мою жену. Билл с мрачным упорством снова и снова повторял эти слова.

— Ты думаешь, она тебя еще любила?

— Не знаю… мы очень сильно любили друг друга когда-то… давно… Вряд ли она в последнее время могла кем-то увлечься.

— Тебе известны ее любовники?

— Нет.

— Ты ее к кому-нибудь ревновал? Инспектора внимательно следили за его реакцией.

— Нет. Да и не к кому было.

— Насколько нам известно, она откалывала неплохие номера… Билл промолчал.

— Как ты на это реагировал?

Билл посмотрел в глаза следователю:

— Мне было горько за нее.

— А приступы безумия?.. Они тебя не выводили из себя?

— Нет. Все это было частью ее болезни. Следователи, так ничего и не добившись, отправили его обратно в камеру, а сами поехали побеседовать с Мелом. Тот был неразговорчив, сказал, что ничего не знает о личной жизни Билла и не может определенно ответить на вопрос, будет или нет Билл продолжать сниматься в сериале. Пока без него обходились, но в ближайшие дни пришлось бы приостановить съемки, если он не будет освобожден. Слова Мелвина полицейские передали Биллу, одновременно объявив, что продлевают его арест.

— Ну, как мои дела? — спросил он с отчаянием в голосе в этот вечер у адвоката.

— Боюсь, что плохи. Пока ничего не выяснилось. Никаких улик они найти не могут, да и из соседей никто не видел, чтобы тогда в дом кто-то входил.

— Господи Боже, Эд, это невероятно. Как так можно? Ввиду отсутствия других версий они намерены обвинить меня в ее убийстве? Просто потому, что не знают, кто на самом деле это сделал?

— Похоже, так…

Адвокат привык к несправедливости уголовного кодекса. Он имел с ним дело ежедневно. Однако Билла ему было жалко. Он верил, что тот не убивал свою жену, но это предстояло еще долго и упорно доказывать.

— У тебя чертовски хорошие шансы в суде. Лучшего утешения адвокат не придумал.

— Поскольку их обвинение будет строиться на очень сомнительном материале.

— Ты думаешь, дело дойдет до суда?

— Может дойти, Билл, — ответил адвокат. — Завтра узнаем.

И они узнали. Окружной прокурор выдвинул против Билла обвинения, смягчив их лишь формулировкой о непреднамеренности убийства.

Билл стоял как пораженный громом, пока ему зачитывали обвинения и объявляли о возможности освобождения под залог в пятьдесят тысяч долларов. Он немедленно позвонил Гарри, тот обещал помочь выбраться из тюрьмы, доставить пять тысяч долларов наличными и остальное — облигациями. Предварительное слушание было назначено через две недели, пока же, в одиннадцать вечера, Билла освободили из-под стражи. Он плакал, выходя на волю, где его встретил и обнял Гарри, который все никак не мог поверить в реальность случившегося.

Расхаживая по приемной Мела, Билл вспоминал свое первое появление здесь. Теперь не было и следа того радостного нетерпения, наоборот, на душе было очень тяжело. Через своего агента Билл получил информацию, что в пятницу ему надлежит явиться не на съемочную площадку, а на беседу к Векслеру. В девять часов утра.

В девять пятнадцать секретарша наконец пригласила его. Лицо у нее было равнодушным, несмотря на то, что о Билле всю неделю трезвонили в теленовостях и газетах. Она вела себя так, словно никогда прежде его не видела. Из этого Билл заключил, что Мелвин его немедленно выгонит. У него были на то все основания. Для расторжения контракта было достаточно уже того, что при его подписании Билл дал неверные сведения о своем семейном положении.