Капитан польской армии, прищурясь, смотрел на открытое ровное пространство, на котором пехоте противника негде было укрыться. Оскалив зубы, он повернулся к заместителю:

– Свяжись-ка с артиллеристами, Джозеф. Передай им огневую задачу...

192-й МОТОПЕХОТНЫЙ БАТАЛЬОН, НА ПОДСТУПАХ К РУНАРЖЕВО

Подполковник Вилли фон Силов едва успел ухватиться за поручень, когда его командирская машина внезапно вильнула вправо, ухнула в канаву и снова выскочила оттуда, и все это не снижая скорости.

БАММ!!! Неподалеку разорвался снаряд, и бронетранспортер слегка качнуло. Осколки и мелкие камни пробарабанили по броне. Даже при закрытых люках грохот был оглушительный, от этого грохота можно было сойти с ума.

– Сколько еще, Герд? – спросил фон Силов по внутренней связи. Еще один близкий разрыв оглушил его, так что подполковник не услышал собственного голоса.

– Уже недалеко! – крикнул в ответ командир экипажа. – Я уже вижу "Хищника-1".

– Отлично, он-то нам и нужен. Встань как можно ближе к нему.

"Мардер" нырнул в очередную дренажную каналу, перевалился через что-то, что по ощущению напоминало невысокий бруствер, и затормозил. Теперь, когда на холостых оборотах двигатель почти смолк, барабанный грохот разрывов зазвучал гораздо громче, и в нем была угроза.

Фон Силов проворно отстегнул привязной ремень и встал, скрючившись под низким потолком. Затем он вынул из зажимов позади командирского сиденья свою штурмовую винтовку. Капитан Майер – один из его заместителей, и радист – рядовой Неуманн, в точности повторили его движения, проверив амуницию и личное оружие. И тот и другой на всякий случай подергали бронежилеты, чтобы убедиться, что они застегнуты плотно.

Вилли положил руку на кнопку, которая открывала задний десантный люк бронетранспортера, и в последний раз оглядел десантное отделение машины.

– Вы готовы, господа?

Оба поочередно кивнули.

– Превосходно. Главное, сразу отбегайте в сторону, не толпитесь у люка. Затем во весь дух бегите к машине фон Ольдена. Все ясно?

– Так точно, – несмотря на общепринятый стандартный ответ, которого и ожидал Вилли, в голосе Майера была какая-то неуверенность. Фон Силов заметил, что на высоком бледном лбу капитана выступила испарина.

– Разрешите все же еще раз попросить вас остаться здесь... в относительной безопасности. Позвольте мне привести фон Ольдена к вам, герр подполковник?

– Нет, – Вилли упрямо покачал головой. Он твердо знал, что бывают такие ситуации, когда командир обязан подвергать себя риску, чтобы достичь результатов. Сейчас как раз и была одна из таких ситуаций. Несколько раз быстро вдохнув воздух, фон Силов нажал на кнопку, и люк с лязгом открылся.

– Пошли!

Они оказались во дворе хутора. Невысокая каменная стена, едва достававшая им до пояса, окружала небольшой покинутый амбар и развалины деревянного дома, разбитого попаданием артиллерийского снаряда, прилетевшего из-за реки. Синеватые язычки пламени блуждали по руинам, словно призрачные болотные огни, робко облизывая две уцелевшие стены. Рядом с амбаром валялся на боку опрокинутый взрывной волной трактор, а в грязном стойле лежала убитая свинья и несколько мертвых поросят.

Сразу за хутором начинались поля, засеянные рожью и овсом, которые тянулись до самого Рунаржево. Среди этих посевов чадили подбитые "Мардеры". Несколько сот пехотинцев в касках и камуфлированной форме распростерлись среди колосьев, напряженно прислушиваясь к вою снарядов, проносящихся над их головами или взрывающихся поблизости. Ответный огонь польских артбатарей пригвоздил батальон к земле.

"Мардер" фон Ольдена стоял в нескольких метрах от хутора и был слегка прикрыт дымом, который относил в его сторону ветер. Вилли, почти не прячась, быстро побежал к нему, и в это время с неба с грохотом товарного поезда посыпались новые снаряды.

– Ложись! – крикнул Вилли, бросаясь на землю почти рядом с бронетранспортером.

БАММ! БАММ! БАММ! Земля затряслась, запрыгала и закачалась, когда один за другим снаряды принялись рваться почти рядом с хутором, разбрасывая во все стороны смертоносные визжащие осколки.

В ушах у него все еще звенело, но Вилли встал на ноги и сплюнул, пытаясь прочистить горло. Прикладом своей винтовки он несколько раз ударил по броне "Мардера".

– Открывай, свои.

Люк открылся, и Вилли увидел внутри командирского броневика два складных столика для карт, громоздкую рацию и троих осунувшихся мужчин – фон Ольдена, его начальника оперативной части и сержанта-связиста. Вилли, Неуманн и Майер нырнули в люк.

Тяжелая бронеплита закрылась за ними, отрезав значительную часть шума. Фон Силов протиснулся поближе к комбату и сел.

– Доложите обстановку, подполковник.

Фон Ольден свирепо сверкнул на него глазами.

– Разве и так не ясно? – кулаки его нервно сжимались и разжимались. – Польская артиллерия крушит моих солдат. Мы не можем ни наступать, ни отходить. И то и другое самоубийственно!

Вилли нахмурился. Судя по дрожи в его голосе, комбат балансировал на самом краю и был готов сорваться.