— Насчет крылатых лошадей, а также драконов, гигантских змеев и прочих, как их принято называть, волшебных существ, я могу вам ответить, что во-первых, многие из них являются продуктом деятельности волшебников-экспериментаторов, а во-вторых, вряд ли вы знаете все о своем мире, чтобы иметь возможность утверждать, что подобных животных там нет и не было. Я даже больше скажу — были, но… природная вежливость и хорошее воспитание не позволяют мне плохо говорить о тех уважаемых людях, которые позаботились о том, чтобы вскоре даже самые обыкновенные волки или медведи стали приравниваться у вас к мифическим драконам по той простой причине, что в природе они больше не существуют.

— Значит, вы считаете, — прошептала Александра, — что и у нас водились драконы?

— Кто я такой, чтобы делать столь глобальные утверждения? — пожал плечами Дамиан. — Я могу лишь предполагать, хотя не скрою, мои предположения обычно недалеки от истины.

— Тогда еще вопрос, — сказала Александра, и Дамиан согласно кивнул, с довольной улыбкой глядя в ее лицо, — Как же всевозможные амулеты, разные волшебные штучки? Я их пока не видела, но ведь они у вас есть? Откуда они?

— Вы ошибаетесь, леди Александра. Вспомните хотя бы напиток Забвения — чем вам не волшебная штучка? Если вы сомневаетесь в его действенности, то я вас успокою — да, он действительно вызывает потерю памяти, причем на всю жизнь. Были за всю историю лишь два или три случая, когда к императрице после венчания возвращалась память, но я не об этом. Вы спрашивали, откуда они? Тогда скажите мне, откуда взялся этот злосчастный Напиток?

— Его приготовили… — неуверенно прошептала Саша.

— Вот вы и ответили на свой вопрос, — улыбнулся Дамиан. — Все эти вещи изготавливаются волшебниками, иногда даже на промышленной основе, как например некоторые хозяйские мелочи вроде негасимого огня или…

— Или расчески, которая сама сушит волосы! — воскликнула Александра.

— Именно! Есть еще одна такая вещь, которая сыграла в вашей судьбе не последнюю роль.

В ответ на заинтересованный взгляд девушки, Дамиан объяснил:

— Это амулет, который Ян использовал, чтобы определить, действительно ли вы идеально подходите в невесты нашему брату. Вы ведь знаете, зачем императору так тщательно подбирают невесту? Неужели нет? Тогда я объясню в двух словах: сила императора и его невесты должна быть совместима настолько, чтобы ее объединение было не только возможным, но полным и абсолютным. Человек, который выбирает невесту, должен разбираться во всех тонкостях того, что называют спектром силы, иметь необходимую подготовку, знания и наконец чутье. Амулет лишь помогает ему удостовериться, что спектры действительно совместимы. Амулет этот представляет собой небольшую призму из прозрачного минерала, веками передававшуюся из поколения в поколение. Достаточно лишь посмотреть сквозь нее на человека — и становится понятно, какого рода его сила, и с чем ее можно совмещать. Однако призма — лишь помощник, но не решающий фактор.

— Значит вот как Ян выбирал невесту императору? — задумчиво проговорила Александра. — Ходил себе по улице, смотрел на прохожих, и вдруг…

— Нет-нет, леди Александра, — засмеялся Дамиан. — Сначала он выбрал девушку, а потом лишь удостоверился, что она действительно подходит с помощью своего амулета. Все намного сложнее, но не в этом суть. Скажите, неужели вы сомневаетесь в правильности его выбора?

Саша пожала плечами. Она не могла рассказать Дамиану, что ее-то уж точно Ян не выбирал, поэтому лишь прошептала:

— Не знаю.

— Не думайте об этом, леди Александра. Пока не думайте.

Ян, в который раз обходя посты, заметил Дамиана и леди Александру, медленно идущих по аллее к дворцу. Досадуя на то, что Тайрон отпустил свою невесту гулять в сопровождении такого скользкого типа, как родной брат, Ян провожал их взглядом до тех пор, пока оба не вошли через парадный вход во дворец.

Ничего, оправдывающего в глазах гостей ужасное обращение с ними желтоглазого принца не произошло. Ян и сам разрывался между ощущением выполненного долга, разочарованием оттого, что не оправдались его ожидания, и злоумышленники не проявили себя в этот вечер, и смутным ощущением тревоги, постоянно сопровождавшим его, словно подсказывая — упустил, упустил самое важно, самое главное. Вот в таких смятенных чувствах Ян докладывал своему старшему брату императору обо всех своих действиях за минувшие сутки. Тайрон, которого гости и правда не стали обвинять, потому как ясно видели у ворот его брата, не выказывал больше недовольства. Но император позволил себе намекнуть, что раз ожидания Яна не оправдались, то возможно имеет смысл умерить усилия и сделать охрану замка если не менее численной, то хотя бы менее заметной. Ян согласился, тем более что посторонних на территорию дворца он не допустил, а следить за гостями лучше было незаметно, чтобы не спугнуть затаившегося преступника. В том, что организатор заговора сейчас во дворце, Ян не сомневался ни секунды, потому что кроме логических размышлений это подсказывало ему чутье.

Постоянно твердя императору, чтобы был предельно осторожен и нигде не ходил без охраны, Ян чувствовал, что уже вызывает у старшего брата раздражение, хотя тот и старался не подавать виду. Полностью понимая отношение брата, Ян тем не менее лез из кожи вон, чтобы ни на минуту не оставить Тайрона и его невесту без внимания, часто сопровождал их сам, когда это было уместно, а во время уединенных прогулок их незаметно окружала охрана, оставаясь тем не менее на достаточном расстоянии, чтобы не нарушать уединения.

Напряжение и беспокойство Яна росло с каждым часом. Гости все еще находились во дворце и не спешили разъезжаться по домам. Правда, остались далеко не все, многие отбыли утром, после приема, но остальные собирались гостить еще дня два-три. Причем, замечая иногда повышенные меры безопасности во дворце и его окрестностях, гости очень неодобрительно косились на желтоглазого принца, и все, за исключением лорда Олри, называли его не иначе как паникером и параноиком. Естественно, в глаза Яну никто не посмел бы заявить подобное, но гадкие смешки и шепот за спиной постоянно его преследовали.