С первыми сумерками показались огни еще одной деревни, к которой путники не имели никакого желания приближаться. Еды им хватало, ночлег не составляло труда найти под гостеприимной кроной леса, так что и это населенное людьми место путники постарались если и не обойти десятой дорогой, то пройти мимо как можно быстрее.

В сгустившейся темноте Александре повсюду слышались то чьи-то шаги, то голоса, но Ян оставался спокоен. Уже несколько успокоив себя его невозмутимостью, девушка беспокойно вздрогнула, заметив внезапную настороженность своего спутника, с тревогой нахмурившего брови.

— Что?…

Ян шикнул на нее, прервав не успевший сорваться с ее губ вопрос. Александра замерла и прислушалась.

— Идем дальше, только тихо, — прошептал Ян, — и от меня — ни на шаг!

Перепуганная Александра и без того старалась держаться как можно ближе к Желтоглазому, надеясь на его защиту.

В какой-то момент Саша заметила, что Желтоглазый положил руку на рукоять меча, и сердце ее забилось с удвоенной быстротой. Шаги приближались, людей было достаточно много. Они направлялись к деревне, которую только что миновали путники. Ян пошел быстрее, стараясь все же уклониться от нежелательной встречи, и им почти удалось это сделать. Толпа с шумом прошла мимо, но не успела Саша облегченно выдохнуть, как внезапно шаги послышались совсем близко. Приближения этих людей Ян не услышал за шумом, издаваемым направляющейся в деревню толпой, и очень разозлился на себя за этот недосмотр, когда прямо на них вышли трое мужчин, одетых как местные.

— Добрый вечер вам, путники, — пробасил самый крупный из них.

— И вам добрый вечер, — ответил Ян.

На том и разошлись. Александра, ожидавшая как минимум потасовки, вздохнула с облегчением: ну с чего, спрашивается, стали бы нападать местные жители на двух прохожих, которые идут себе и никого не трогают. Ян шел быстро, очень быстро, не сбавляя темпа, и девушка теперь едва поспевала за ним.

Сначала Александра почувствовала себя очень уставшей, потом усталость прошла, в сон не клонило, но девушка ловила себя на мысли, что они все же слишком долго идут без остановки. Саша не протестовала. Несколько раз Ян останавливался и прислушивался, потом снова шел дальше. Наконец, он предложил Александре устроиться на ночлег в кустарнике под кроной раскидистого дерева. Девушка, уже привыкшая, что Ян ложится намного позже, пробралась в гущу зарослей и легла там. Обычно под открытым небом ей было непросто заснуть, но сегодня они так долго шли без остановки, и к тому же так быстро, что Саша сразу погрузилась в глубокий сон.

— Мы подходим к городу, — заметил Ян, когда время перевалило за полдень. — Можно не спешить, я бы хотел войти в город в сумерках.

Окрестности большого города дали о себе знать тем, что в лесу часто стали встречаться люди, которых Ян по-прежнему избегал настолько, насколько это было возможно. Когда солнце село, в просветах между деревьями можно было заметить огоньки окон. Громко лаяли собаки, то и дело слышались людские голоса совсем неподалеку, где-то звучала грустная песня. Лес закончился, и через небольшой луг можно было разглядеть множество домиков, стоявших довольно близко друг к другу. Александра сначала недоумевала, неужели эти бедные халупы и есть тот самый Мироград, но вскоре на улицах стали попадаться более зажиточные и ухоженные домики, а поднявшись на небольшой пригорок, девушка увидела перед собой до самого горизонта действительно большой город, хотя и без высоток и небоскребов, к которым она так привыкла.

Еще на подходе по требованию Яна накинув капюшон, скрывший ее лицо, Александра шла бок о бок с Желтоглазым по притихшим улицам. Кое-где скрипели входные двери и ставни, люди выходили на подворье, занимались своими делами, мало обращая внимания на двух путников в черных плащах.

— Куда мы идем? — тихо спросила Саша.

— К одному человеку, которому я доверяю, — ответил Ян.

— Он живет недалеко?

— За час должны дойти.

По мере продвижения улицы становились все более шумными. Если на окраине люди готовились ко сну, то здесь ночная жизнь только начиналась. Крики пьяных гуляк, шум то и дело проезжавших экипажей, женский смех — все это смешивалось, образуя своеобразную гамму звуков ночного города. Большинство дверей были открыты для посетителей — бары, гостиницы, бордели. И многие здесь действительно ходили в таких же на вид плащах, что были сейчас на путниках. Немного успокоившись, Саша глядела по сторонам, стараясь однако не слишком вертеть головой и не отставать, хотя последнее у нее бы даже не получилось, так как Ян держался рядом с нею, подстраивая свой темп под ее шаги.

Сначала они шли прямо, потом свернули несколько раз налево и оказались в более тихих улочках, где люди попадались на дороге не так часто. Внезапно из-за угла дома вышла компания из шести человек. Они громко переговаривались между собой, что-то обсуждали. Девушка сразу почувствовала, что они не пройдут мимо. Один из гуляк с пьяным хохотом выставил вперед руку и яркой, повисшей в воздухе, лентой рыжего огня преградил дорогу. Ян остановился, Александра тоже замерла, держась чуть позади своего спутника.

— Куда путь держите, добрые люди? — спросил преградивший им дорогу человек, перестав, наконец, смеяться.

— Это наше дело, — холодно ответил Ян, — освободите дорогу.

— Нет, ошибаешься, путник, это наше дело! — весело крикнул все тот же гуляка. — Вы идете по нашей улице, да еще и прячете лица, словно преступники!

— Вот-вот, — поддержал его приятель, — покажите-ка лица! А-то как нам знать, что вы честные прохожие, а не преступники!

— Точно, преступники! — хихикнул третий, и ткнул пальцем в Яна. — А в мешке у него награбленное, наверняка!

— Действительно, — поддержал его первый, и довольно булькнув, алчно уставился на холщовую сумку Яна, — давайте проверим, что у него в мешке. Если он честный человек, то мы только посмотрим — и отпустим их восвояси — пускай идут себе дальше. Эй, ты, — крикнул он Яну, — давай сюда мешок!

— Освободите дорогу, — повторил Ян, не меняя тона.

— Ишь, какой храбрый выискался! — возмутились гуляки. — Да знаешь ли ты, крыса, что перед тобой маги высших категорий? Ты хочешь быть испепеленным на месте?