– Джонни ждал вас там?

– Да. Он выглядел совсем больным. Когда я сообщила, что Бен направился в садовый домик, брат очень испугался. Похоже, он немного перепил. Он плохо переносит алкоголь. Не меньше часа он все расхаживал взад-вперед у меня в комнате.

– Так он все ходил, пока не пробило полпервого. Я это точно помню. Мы разговаривали. Я его успокаивала, что все к лучшему. И что Бен избавится от Денниса. Потом Джонни вдруг собрался к Дафне. Но я его отговорила, сказала, будет лучше, если та сама во всем разберется. У меня, естественно, и в мыслях не было, что Деннис может убить Бена. Хотя теперь эта мысль мне вовсе не кажется глупой.

– Мама, – вмешался Роули, – излишней болтовней ты, чего доброго, отправишь себя на электрический стул.

– Ну, нет, – фыркнула та, – у меня есть алиби. Все время со мной был Джонни. А я вам еще не говорила, что по природе я очень осторожна. Вся в отца.

– Мне вы вообще ничего не сказали, предпочли использовать ваши сведения по-своему. – Уэйт старался выглядеть внушительно, сохраняя при этом нарочитую небрежность. Голливудскими детективами он явно не брезговал. – Возможно, алиби у вас и есть. Но вы сознательно препятствовали ходу расследования, и мы вполне можем предъявить вам обвинение в укрывательстве.

– Мне? В укрывательстве? Чего же, интересно? Или, может, кого?

– Уэйт повернулся к Роули.

– Ну-с, теперь вы, мистер Шор. Пора выслушать вашу историю.

– Вы ее уже знаете.

– Но я имею в виду настоящую. Вы пришли в дом садовника, помогали Хэвиленду убрать труп. Вот про это я и хочу услышать.

– Ах, так, – едва сдерживаясь, выдавил Роули, метнув взгляд на Дафну. – Значит, он все же проболталась. Может, заодно она вам сообщила, что я нашел ее склонившейся над трупом?

– Да, верно. Зачем вы пришли в дом садовника?

– Я услышал выстрел.

– В котором часу?

– Точно не знаю.

– Мисс Хэвиленд, вы говорите, что вышли из дома около полуночи?

– Да.

– И услышали выстрел, как только вышли?

– Да, мне так кажется.

– Следовательно, выстрел был произведен незадолго до двенадцати. А вы, миссис Шор, в котором часу отправили Брюера в дом садовника?

– Я – отправила? – воскликнула Гертруда. – Да ничего подобного я не делала. Я ему только рассказала...

– Вы утверждали, что он выбежал на лестницу около половины двенадцатого?

– Я ничего не утверждала, но время примерно сходится.

– Вы, Шор, появились в доме садовника приблизительно в четверть первого, может, даже чуть позже. Что вы делали до того?

Роули заколебался, потер рукой разбитый подбородок, затем уставился перед собой. И, наконец, выдавил:

– Полагаю, все это сделал мой отец.

– Зачем?

– Он хотел видеть Бена, потому что...

– Замолчи, Роули, замолчи! – неожиданно вмешалась его мать.

– Похоже, если сказать правду, все рухнет. Но Бена я не убивал.

– Следует полагать, что вы отказываетесь от прежних показаний?

– Да, – глухо буркнул Роули, – вплоть до того момента, как я встретил в садовом домике Дафну с Деннисом. Да, точно. Роули сообщил, что после ужина отец поднялся в его комнату. Сказал, что ищет встречи с Беном. Он попытался его отговорить, но Арчи только усмехнулся и сказал, что им надо уладить одно дело.

– Он сказал, какое?

– Нет, Роули об этом ничего не знал. Но Арчи вел себя весьма самоуверенно. И утверждал, что скоро перестанет нуждаться в деньгах. У меня возникло ощущение, что он что-то затевает против Бена. Отец выглядел довольно озабоченным. Сказав, что все будет хорошо, он удалился. Я хотел проводить его, чтобы убедиться, что он покинет дом без происшествий. Но он мне не позволил. И ушел.

– Когда?

– Ну, как только убедился, что путь свободен. Приблизительно в одиннадцать – одиннадцать тридцать. Может, минут на десять раньше. Точно не знаю.

– А вы его видели, миссис Шор?

Гертруда вздрогнула и вызывающе заявила:

– Нет!

Уэйт снова повернулся к Роули.

– Что же дальше?

– Ну, дальше, как следовало из объяснений Роули, он внезапно начал беспокоиться. Он вдруг сообразил, что имел в виду отец, и что тот и не собирался говорить с Беном.

– После вас он отправился в комнату Бена?

– Нет. Я следил за ним, пока он спускался по лестнице. Да и его увидела бы мать, если бы он туда направился.

– Вы считаете, что он отказался от плана навестить Брюера?

– Не знаю. Впрочем, видимо, да, раз он не пошел в его комнату. Но что было на самом деле, не знаю.

– А вы что дальше делали?

– Я окончательно решил, что ничем не смогу помочь. В комнате было сильно накурено. Я открыл окно и остался возле него.

– Затем, стало быть, вы услыхали выстрел?