"Это что, ее голос был?" — поразилась я. Правда тут же убедилась в обратном. Злодей, как я прозвала невидимого врага (а то, что он враг — я не сомневалась), видимо уже умотал. Куда? К чертовой бабушке, там ему и самое место…

В это время старый маразматик орал на бедную управляющую, брызжа от ярости слюной:

— Ты чего, дура, не могла ее в другую комнату посадить? Из сорока ты выбрала именно эту.

— Мне перевести ее в другую? — робко спросила она. Однако Стелл лишь отмахнулся:

— Не надо, еще заподозрит чего. Найдет ход, а это уже хуже… Убирайся и запри ее!

Когда та ушла, Вохван поднял голову:

— Прости меня, наместник. Но я сделал все что мог. Я поймал девчонку, а воина отдал тебе. Я получу награду?

Я офигела. Это что? Тихо шифером шурша, едет крыша не спеша? Так, кажется помимо маразма, старичок страдает и психическим расстройством. А что он там про воина говорил? Уж, не о Форе ли речь?

Но чего я не ожидала, так это то, что этому психу ответят! Так, с ума сходят по одиночке, делаем вывод — это не звуковая галлюцинация… А все-таки этот голос, я слышала в каком-то фильме!

— Хорошо! Ты получишь награду, но не раньше, чем я возвластвую над этим миром, и не стану истинным наместником — я уже прикусила язык, чтобы не высказать, что именно думаю о таком дешевеньком эффекте, не говоря уж про банальность желания. Похоже, во всех мирах одно и тоже: много власти не бывает! Или Злодей особенный, межмировой?

— Но наместник… — начал было возмущаться таким поворотом Стелл, однако его оборвал холодный окрик:

— Никаких но! Или ты уже не радуешься жизни?

— Да, то есть, нет… Брр! Я хотел сказать… — в конец запутался старейшина — я согласен — наконец покорно опустил голову он.

Тут я вспомнила одну деталь. Ведь девчонка — это явно я? Я. А что там с ней хотели сделать? Запереть!!! Вот черт бы его дернул за…! Ладно, это слишком жестоко, пусть за ногу.

Я рванула обратно, и буквально влетела в комнату. Дернув дверь, я застонала. Опоздала! Какая-то расторопная зараза, уже успела поработать ключиком! Эх, надо же было так опростоволоситься! И что делать дальше?

Ко мне в голову постучалась «гениальная» мысль: ведь Вохван как-то зашел в ту комнату, значит, и выход там есть. Я вернулась к ходу и прошла до комнаты. Стелла уже не было. Я выругалась сквозь зубы, костеря и Стела, и его родителей, умудрившихся родить такую дрянь! Явного выхода нигде не было видно, а искать потайной, ощупывая все стены, я буду до скончания века. Что ж придется идти обратно. Может в окно вылезти? А что? Хорошая идея! Попробуем, по крайней мере…

И тут я с дури решила взять себе сувенирчик на память о психованном старейшине. Огляделась в поисках оных и присвистнула, разглядев обстановку. Комната больше напоминала музейную выставку. Везде: на полочках, на тумбочках, на подушках — лежали вещи, хорошо хоть без пояснительных бумажек что где. Хотя хорошо ли? Вот, например, золотой кувшин. Красивый, с резными узорами. А вот какой эпохи не сказано. Жаль, ценность бы повысилась.

Кроме кувшина, чего тут только не было: и ножи, и золото, и украшения, и скульптуры с картинами. Хотелось все. Ведь память большая! Правда, представив, как я потащу все это добро, энтузиазм несколько угас.

"Ладно, так и быть! Возьму во-о-он то кольцо" — и я, протянув руку, взяла с полки старинный перстень с черным камнем, в глубине которого казалось, горел багровый огонь. Несмотря на большой размер, он, как ни странно пришелся мне впору. Красивый, нет, загадочный какой-то. А, ладно, все равно скоро потеряю. Такие вещи у меня долго не держатся.

Уже на выходе я заметила в углу незаметную темно-бордовую подушечку. На ней лежал покрытый пылью меч. Прибирались тут почаще что ли! Я хотела уйти, но вновь взглянула на меч, а затем подошла. И чем он привлек мое внимание? Тусклый, длинный, но с красивой, слегка изогнутой, рукояткой, со вставленным крупным овальным сапфиром. Наверное, именно камень я и приметила. Рука протянулась сама по себе и взялась за оружие. Сапфир вспыхнул и ржавчина, грязь тут же сошли с клинка, обнажив великолепную синеватую сталь. Я подняла его в воздух и слегка покрутила. С рукояти, на глазах слетел темный налет, оставленный временем. Великолепное оружие!

И тут меч засиял. Ярко синее пламя покрыло клинок и мягко лизнуло ладонь. Я вскрикнула от неожиданности, но жар не чувствовался. Лишь приятное тепло.

Я рассмеялась, почувствовав явною симпатию меча. Откуда у него чувства — не знаю, но не удивилась такому обороту. Это вполне естественно для такого необычного оружия. Говорят, что каждое произведение хранит частицу души автора (или создателя).

Рядом, на полу, лежали потертые ножны, прикрепленные к такому же поясу. С некоторым сожалением я засунула меч туда, который тут же перестал сиять. Надев пояс, я побежала к выходу, мельком заметив, что все вещи, находящиеся поблизости вспыхнувшего меча, покрыты инеем. Занятно!