Шрифт:
– А на хрена им нас сдавать, таких полезных и хороших?
– Мани, друг мой, что же еще?
– А мани – чьи, не бандюков, скажешь?
– Нет, Сашок! Деньги – народные. А у бандюков они – временно и должны возвращаться к народу. То есть к нам.
Тане наскучили восточные методы, и она перешла к более традиционным, тем, что в газетных рекламках называются просто «эротическим» массажем, или, более прямолинейно, интимными услугами.
– Не гони херню! – рыкнул Петренко.– Хочешь законтачить с этим крутышом, я тебя прикрою. Только не надо мне лапшу вешать, понял?
– Извини, Сашок,– покаянно проговорил Васильев.– Больше не буду. Ты сегодня к Егорычу идешь?
– Иду.
– Вот и славно. Там и поговорим. Бывай.
Васильев сложил телефон, сел и толчком опрокинул Таню навзничь.
– Ах ты кошатина! – сказал он ласково.– Ты что же это со мной делаешь?
– Я? Ничего.– И с готовностью закрыла глаза, когда руки мужчины коснулись ее бедер.
– Танька, чего тебе от жизни хочется? – спросил Валерий примерно через полчаса.
– Тебя,– не раздумывая, ответила подруга.
– Как, опять? – удивился Валерий.
– Нет. Я – вообще.
– Понятно. А еще?
– Денег побольше, квартиру купить большую, на Гавайи ездить, машину тебе купить, такую спортивную, красную, чтоб ты меня возил и все кипятком писали! Еще – на дельтаплане летать научиться… Ну… Папашку от пьянства вылечить. Только он уже лечился – и без толку.
– А хочешь, чтобы у нас в городе порядок был? – спросил Васильев.
– В смысле?
– Чтобы бандитов, хулиганья не было, нищих на улицах…
– А зачем? – удивилась Таня.– Нищие меня не напрягают. Шпана теперь вообще меня не колышет. Ты ж мне пистолет подарил, забыл, что ли? А братва… Что мне братва? Ты же у меня – крутой! Валерка, у тебя, кстати, кликуха есть? Так ты мне скажи, чтоб я знала. Мало ли…
– Кликуха? – Валерий задумался.
А ведь малышка права. Настоящую силу дает все-таки не ствол, а престиж. Авторитет. А авторитет, естественно, накручивается вокруг имени. Значит…
– Васек,– сказал он.
Откуда взялось? А хрен знает. Может, от фамилии. Может – из глубин подсознания всплыло. Но понравилось.
– Васек,– повторил Валерий, словно пробуя на зуб.
Ничего. Нормально. Резко.
– Да-а-а? – Вот подружка явно была разочарована.– Какая-то она у тебя… гнилая немножко. Моего вот старого дружка «Дуб» звали.
– Это которого замочили? – усмехнулся Валерий.– Дуб, малыш, это что? Дерево! А дерево… Я сейчас тебе покажу…– Он сбегал на кухню и принес простреленную доску.– Наглядно? Как гласит народная мудрость: не имя красит человека, а человек – имя.
– Да мне все равно,– отмахнулась девушка.– Васек, значит, Васек. Слушай, а он у тебя опять шевелится. Ты просто маньяк какой-то! – Она захихикала.
– Это ты – маньячка! – возразил Васильев.– Не трогай – не будет шевелиться!
– А я хочу!
– Затрахаешь меня – я ослабею, и мне хана! – предупредил Валерий.
– Ой! – Таня тут же оставила его в покое.– Извини, пожалуйста!
Насчет слабости Васильев преувеличивал. Несмотря на необычайную для него активность, он, наоборот, чувствовал себя бодрым и энергичным.
«Вот что бывает,– подумал он,– когда постоянно рискуешь получить дырку в башке».
И пошел выковыривать пулю из стены на кухне.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Представленный Хирургом авторитет оказался высоким, спортивного сложения блондином примерно Валериного возраста. Одет по-деловому, в официальном, а не блатном смысле этого слова: черный костюм-тройка, галстук с бриллиантовой заколкой. Имелись, впрочем, и цепь, и перстень-гайка, но эти атрибуты не выпирали. Руки авторитета были чистыми, без наколок. И оружия, вроде, тоже на нем не наблюдалось. Впрочем, в оружии особой необходимости не было: по углам по-европейски обставленного кабинета высились два бодигарда в черных брониках поверх белых рубашек. С кобурами открытого типа, позволяющими с необходимой быстротой извлечь и нажать.
– Значит, это ты? – с некоторым сомнением протянул авторитет.
– Нет, моя фотография,– насмешливо произнес Васильев.
Боковым зрением он увидел, как забеспокоился Хирург, но не смутился. С самого начала следовало себя поставить.
– Ну, ну. И как же тебе удалось завалить таких тяжеловесов? – поинтересовался авторитет.– Неужто – в одиночку?
– Удалось,– отрезал Васильев.– А как – не важно.
Он вовсе не собирался снабжать криминального лидера боевыми отравляющими веществами.