— Теперь можно ехать, — весело сказал он, глядя как Гварт и Солен пытаются успокоить коней. У друида и эльфов таких проблем не возникло.

— А что ты сделал? — поинтересовался я, пуская коня рядом с конем Риана. Моя команда, ворча что-то нелицеприятное в адрес одного темного мага, следовала за нами.

Риан молчал, и когда я уже хотел, было повторить вопрос, ответил:

— Поставил защиту. А точнее призвал вернов на охрану территории.

— Зачем? — недоуменно спросил я. — Кстати, уж не поэтому ли в твои леса не суются из деревень?

— Поэтому, — не стал отпираться Риан. — Они уже знают, что соваться в мои владения, строго воспрещено.

— Тогда зачем?

— Торговцы, что шастают по тракту, этого не знают. По крайней мере, те, что тут в первый раз. Они очень любят рубить мои деревья на дрова и прочее. Некоторые, особо шустрые, стараются заготовить древесину и продать ее повыгоднее. В конце концов, здесь ценные породы.

— И многим удавалось? — я посмотрел на темного, по губам которого пробежала жестокая усмешка, и ответил сам себе — Не много. И так ясно. И что, зайдя в лес, их будет ожидать стая вернов?

— Ну, да, — пожал плечами Риан. — Умные не станут соваться в лес, про который ходит столько мрачных историй (кстати, большинство из них правдивые), а жадные и дураки — виноваты сами.

Я только покачал головой, уже не удивляясь жестокой логике своего темного спутника. Переделывать его — себе дороже. Тем более что в некоторых моментах он прав. Я никогда не питал особой ненависти к темным, справедливо полагая, что нельзя судить обо всех по поступкам некоторых. В целом, у светлых сложилось впечатление, что темные режут всех направо и налево без всякой причины. Что они коварны и расчетливы. Не поддаются чувствам. Им чужды благородные поступки. Не станут спасать никого, кроме себя, если только это не принесет им выгоды. Лживы. Любого светлого убьют сразу, как только увидят. И прочее, прочее, прочее.

Это распространялось на многие расы, которые делились на стороны. В конце концов, темным мог стать кто угодно, если рожден с соответствующими качествами характера, или темным даром (как у магов). Кроме людей, за исключением некоторых отдельных личностей. Они изначально не делились на стороны и могли примкнуть то к одной, то к другой стороне. Некоторые расы были целиком темными. Некоторые (как эльфы, за исключением дроу) — светлыми. Существовали многие участки земель, принадлежащие темным. И светлые старались не соваться туда.

Наш спутник подходил по многим статьям. В коварстве и расчетливости ему не откажешь. Ум и жестокость так же присутствуют. Но вот маньяком он не был. Убивал спокойно, без рассуждения, но всегда по определенной, важной причине. На нас он не кидался, хотя мы были светлыми, и вытащил из водного царства. По мне, так этот спутник намного надежнее остальных. Риан — «человек слова». Я это знал, хоть и не мог сказать откуда. Он не лгал, лишь не договаривал. Ему знакомы все добрые чувства, и он понимал меня, как никто другой. Странно, что прожив без малого семьдесят лет, я так и не нашел себе кого-то, кому я мог бы доверять абсолютно. А сейчас вырисовывается такое существо, и самое смешное — темный. Судьба странная штука.

Я попросил у Риана карту, и тот, вздохнув, вновь принялся рыться в своей маленькой сумке. До сих пор не могу привыкнуть к тому, что маг периодически доставал из нее вещи, которые превышали размеры самой сумки раза в три. И сейчас, матерясь сквозь зубы, Риан извлекал то книгу, то одеяло, то какие-то непонятные загогулины. На некоторые вещи он смотрел с недоумением, словно не понимая, как они сюда попали. Другие он быстро засовывал обратно, поминая какого-то Рокса.

— А кто такой Рокс? — влезла любопытная Тара. Риан хмуро посмотрел на нее, но ответил:

— Мой друг.

Больше, как ни старалась, она не смогла вытащить из темного сведений. Обиженно фыркнув, Тара отвернулась и отъехала поближе к гному, с которым вновь начала перепалку. Солен и Таль обреченно вздохнули.

— Вот она! — радостно воскликнул Риан и протянул мне злополучную карту. — Слушай. Пусть она будет у тебя. Мне ее потом искать…

Я согласился и взял протянутый свиток. Внимательно оглядев его — присвистнул:

— На наших картах нет таких подробностей… — Риан вдруг слегка смутился.

— Это моя ученическая, — сухо пояснил он. А я же с долей веселья разглядывал пометки, гласящие: «Сюда не соваться!», «Здесь аппетитные девочки!», «А здесь злой папаша!» и все в том духе. — Другая карта где-то в сумке… — и он вздохнул. — Я ее уже год там найти не могу.

Понимающе усмехнувшись, я внимательно разглядывал земли, по которым нам предстоит пройти. Вот долина, вот вассальные земли.

— Пройдем через территорию графа Форандо, — сказал Риан.

— Это где пометка «Худшая теща»? — весело спросил я. Темный фыркнул. — И чем же она плоха?