Шрифт:
У юношей будущее продолжительно, прошедшее же кратко: в первый день не о чем помнить, надеяться же можно на все. [259]
Юноши (…) легко доступны состраданию, потому что считают всех честными и слишком хорошими: они мерят своих ближних своей собственной неиспорченностью. [260]
Остроумие есть отшлифованное высокомерие. [261]
[Старики] сильно не любят и не ненавидят, но, согласно совету Бианта: любят, как бы готовясь возненавидеть, и ненавидят, как бы намереваясь полюбить. [262]
259
«Риторика», II, 12, 1389а
260
«Риторика», II, 12, 1389b
261
«Риторика», II, 12, 1389b
262
«Риторика», II, 13, 1389b
[Старики] подозрительны вследствие своей недоверчивости, а недоверчивы вследствие своей опытности. [263]
Старость пролагает дорогу трусости, ибо страх есть охлаждение. [264]
[Старики] привязаны к жизни, и чем ближе к последнему дню, тем больше. [265]
Полезное есть благо для самого человека, а прекрасное есть безотносительное благо. [266]
263
«Риторика», II, 13, 1389b
264
«Риторика», II, 13, 1389b
265
«Риторика», 11, 13, 1389b
266
«Риторика», II, 13, 1390а
[Старики] более живут воспоминанием, чем надеждой, потому что для них остающаяся жизнь коротка, прошедшая длинна (…). В этом же причины их болтливости: они постоянно говорят о прошедшем, потому что испытывают наслаждение, предаваясь воспоминаниям. [267]
И старики доступны состраданию, но не по той самой причине, по какой ему доступны юноши: эти последние – вследствие человеколюбия, а первые – по своему бессилию, потому что на все бедствия они смотрят, как на близкие к ним. [268]
267
«Риторика», II, 13, 1390а
268
«Риторика», II, 13, 1390а
Ворчливое противоположно смешному. [269]
Тело достигает цветущей поры от тридцати до тридцати пяти лет, а душа – около сорока девяти лет. [270]
Характер, сообщаемый богатством, есть характер человека неразумного и счастливого. [271]
Быть вновь разбогатевшим значит как бы быть невоспитанным богачом. [272]
269
«Риторика», II, 13, 1390а
270
«Риторика», II, 14, 1390b
271
«Риторика», II, 16, 1391а
272
«Риторика», II, 16, 1391а
По большей части будущее подобно прошедшему. [273]
Пользоваться изречениями прилично (…) относительно того, в чем человек опытен (…), употребление же изречений по поводу того, в чем человек неопытен, есть признак неразумия и невоспитанности. [274]
Люди необразованные в глазах толпы кажутся более убедительными, чем образованные. [275]
273
«Риторика», II, 20, 1394а
274
«Риторика», II, 21, 1395а
275
«Риторика», II, 22, 1395b
Одна жрица не позволяла своему сыну говорить политические речи, сказав: «Если ты будешь говорить справедливое, тебя возненавидят люди, если несправедливое – боги». Но можно также сказать, что должно говорить такие речи, ибо если ты будешь говорить справедливое, тебя полюбят боги, если несправедливое – люди. [276]
Прорицатели выражаются о деле общими фразами именно потому, что здесь менее всего возможна ошибка. Как в игре в «чет и нечет» скорее можно выиграть, говоря просто «чет» или «нечет», чем точно обозначая число. [277]
276
«Риторика», II, 23, 1399а
277
«Риторика», III, 5, 1407b
Написанное должно быть удобочитаемо и удобопонимаемо, а это – одно и то же. [278]
Речь должна обладать ритмом, но не метром, так как в последнем случае получатся стихи. [279]
Ямб есть (…) форма речи большинства людей. [280]
Стиль речи письменной – самый точный, а речи полемической – самый актерский. [281]
278
«Риторика», III, 5, 1407b
279
«Риторика», III, 8, 1408b
280
«Риторика», III, 8, 1408b
281
«Риторика», III, 12, 1413b
Ирония отличается более благородным характером, чем шутовство, потому что в первом случае человек прибегает к шутке ради самого себя, а шут делает это ради других. [282]
Одни копят, словно должны жить вечно, а другие тратят, словно тотчас умрут. [283]
Друг – это одна душа в двух телах. [284]
Мудрец не свободен от страстей, а умерен в страстях. [285]
282
«Риторика», III, 18, 1419b
283
Диоген Лаэртский, V, 20
284
Диоген Лаэртский, V, 20
285
Диоген Лаэртский, V, 31