Филиппу так беспокоило подобное положение, что она даже попыталась выяснить у Чарми правду. Это было шесть месяцев назад, когда Чарми появилась на встрече с левой рукой в гипсе. Она что-то пробурчала насчет того, что споткнулась о бровку тротуара: «Я такая неловкая!» Филиппа сразу подумала о других случаях, когда после нескольких дней отсутствия Чарми появлялась с заклеенным пластырем лбом, признаваясь: «Я просто запуталась в коврике и упала», или с крестообразной повязкой на лодыжке: «Подвернула ногу в саду». Но когда Филиппа попыталась расспросить ее об этом, Чарми сделала каменное лицо, как будто хотела сказать ей: «Будь моим другом, но не пытайся лезть в это», – Филиппе пришлось отступить.

Наконец Чарми прибыла перед самым началом собрания. Она впорхнула в развевающемся лиловом широченном платье, которое должно было скрывать ее полноту. Чарми совсем не похудела с тех пор, как присоединилась к группе. И как всегда, несмотря на то, что она вся запыхалась, а ее бежево-желтые волосы выбились из-под лилового шарфа, грим у Чарми оставался на высоте. Весьма странное сочетание: прекрасное лицо и бесформенное тело.

Чарми научила Филиппу и Ханну, как накладывать грим, чтобы он выгодно подчеркивал наиболее привлекательные черты лица, но они никогда не могли достичь того же эффекта. В пальцах Чарми заключалось волшебство – когда она затеняла щеки и придавала дополнительную выразительность лбу, она действовала, как скульптор, но не резцом, а карандашом, помадой и румянами. Результаты были просто поразительными: лицо словно преображалось.

– Извините, я опоздала, – выпалила она, впархивая в пока еще пустую комнату. – Кругом заторы. Вот наши листовки, Филиппа. Они великолепны! Привет, Ханна!

Они помогли ей поставить тяжелые пакеты с листовками.

– Где малыш? – спросила Филиппа. Чарми иногда привозила с собой Натана, и тогда двухлетнего малыша баловали все собравшиеся «тети».

– Я оставила его с приходящей няней. Он капризничает. Филиппа, у меня родилась грандиозная идея! Послушай меня: я собираюсь нарисовать разные типы лица, ну, ты знаешь – круглое, овальное, и так далее. Затем я раздам эти рисунки и когда буду демонстрировать разные типы грима, члены группы смогут раскрасить рисунки, как нужно для их собственного типа лица. Ведь правда, это гениальная идея?

– Мне она нравится, – сказала Ханна. – Ты можешь продемонстрировать свою идею на мне? У меня такое квадратное лицо!

– Ну, конечно. У тебя совершенно необыкновенны скулы. Многие женщины были бы счастливы, если бы у них были подобные скулы!

Чарми вытащила из огромной сумки толстую папку и положила ее на столик, где уже лежали листовки.

– Это подсказки по гриму на эту неделю, – сказала она. – Я едва успела их написать, так как у малыша была температура и он очень капризничал.

– Но сейчас с ним все в порядке? – спросила Филиппа, читая то, что напечатала Чарми: «Советы по гриму на эту неделю. Если вы пользуетесь пудрой, не употребляйте прессованную, она содержит воск (именно поэтому ее можно прессовать), она образует пленку на лице и выглядит слишком толстым слоем».

– С малышом теперь все в порядке, – ответила Чарми. – Я хотела провести сегодняшнюю демонстрацию грима, пытаясь сделать скулы более выразительными с помощью румян, но я не уверена, что у меня их достаточно, а эта группа самая большая. Ханна, ты уже видела листовки? Они оказались более яркими, чем я ожидала.

Они открыли пачку и вытащили листовки, которые написала Филиппа, она же оформила их. Обложки были голубого цвета с белыми звездами, внутри были советы, такие, как «Жди лучшего и пытайся добиться этого» и «Знай, чего ты хочешь добиться». Они содержали и «Четыре стадии плана для достижения успеха», который также составила Филиппа. Там значилось:

«Определи свою цель».

«Установи приоритеты».

«Реши, какие жертвы ты готова принести для достижения успеха».

«Начинай работу».

Ханна сказала:

– Эти листовки просто чудесны! Сейчас, когда я смотрю на них, мне кажется, что мы не должны отдавать их по пятьдесят центов. Доллар – совершенно нормальная цена, принимая во внимание, какую пользу они могут принести всем.

Стало необходимо взимать плату, когда их воскресная группа так разрослась, что пришлось проводить занятия в комнате отдыха их дома. За комнату нужно было платить, и так как Ханна и Филиппа снабжали всех кофе и чаем и диетическими напитками, кроме того, сюда прибавлялись стоимость ксерокопирования всех диетических меню, еженедельных посланий Филиппы и советов по фасонам, которые готовила Ханна, – они поняли, что придется брать по доллару с каждого, кто посещает собрания. Теперь они не только покрывали затраты, составляющие больше тысячи долларов в месяц, но у них еще оставались деньги.

– Нам звонят все больше людей, – заметила Филиппа, продолжая расставлять складные стулья и располагая их у карточных столиков. Вечер был таким теплым, что на ней были шорты, самые первые шорты в ее жизни! Она купила их год назад, когда ей исполнилось двадцать два, в обычном магазине Пенни, как это делали все другие люди. – Звонки отовсюду. В Нортридже тоже есть группа. Они слышали о нашем клубе и хотят, чтобы мы приехали туда и показали им, как следует работать.

– Моя кузина Нэнси, сбросившая у нас почти пятнадцать килограммов, сказала, что все учителя в ее школе очень заинтересовались нашей методикой плюс некоторые мамаши девочек-скаутов и члены ее женского клуба. Но они находятся в Торрансе. Она говорит, что может гарантировать присутствие пятидесяти человек и предоставить нам для работы помещение клуба, – сообщила Ханна, заправляя огромный кофейник.