В его вертикальных зрачках вспыхнули искры, словно убеждая меня в том, что я еще не успела до конца осознать, но прежде чем я успела его остановить, уже догадываясь, что может означать азарт в глазах, который он и не пытался скрыть, Тамирас спущенной с тетивы стрелой сорвался в движение, устремляясь мимо меня вперед.

— Уходите… — прошептали его губы, а в глазах… застыла полная нежности улыбка. — Я люблю тебя, Таши… — его ладонь плотно сжала мое запястье, а уже через мгновение я, отброшенная его сильной рукой, летела в сторону Закираля, пытающегося уничтожить блокирующий пространственную магию артефакт.

— Тамирас!!! — вырвавшийся из моей груди крик был безмолвным и… полным отчаяния.

Даже зная, насколько сильна против даймонов магия Порядка, я не верила, что ему удастся выстоять против десяти чернокожих воинов, для которых дракон служил единственной преградой между ими и нами.

— Наташа, мне нужна твоя сила! — голос Закираля ударил по ушам, выдирая меня из оцепенения.

— Я… сейчас. Я… — мой взгляд продолжал метаться между замершими фигурами в черных набиру и своим телохранителем, другом, с вызывающей небрежностью играющим с мечом.

Его щиты звенели и мерцали, напоенные силой, его волосы метались в порывах леденящего тело ветра, его…

— Наташа, уничтожь их к Хаосу!!! — рык скатившегося в боевую форму Радмира был страшен.

Но разве я могла… Между мною и ими был…

Он оглянулся на короткий миг и теперь уже улыбались не только его глаза. Его губы казались безумно чувственными, волнующими и… кроткими.

— Сделай это. Ради меня, — прошептали он. И деревья вторили ему, переговариваясь между собой. — Сделай это.

И мы сделали шаг одновременно: я и они, не оставляя мне выбора, потому что Пустота активированного рохсаша уже скручивалась тугими пружинами, обещая забрать себе не только наши тела, но и наши души.

Огненная волна соскользнула с моих пальцев и я перестала быть. Ощущая только непреодолимую ненависть, желание вырвать их из представшей перед моими глазами картины. Увидеть, как их тела пеплом осыпятся на землю, что принадлежала этому миру, нам, мне….

И вырвавшееся пламя было страшным…. Его языки взметнулись к небу, трепеща крыльями раненой птицы, урча и облизываясь от полученного угощения. Сжигая воздух, плавя снег, оголяя землю и оставляя на ней выгоревшие проплешины.

И больше не было ничего, кроме огня, искрящихся щитов Тамираса, активирующего боевую матрицу Порядка, бушующего Хаоса, ледяные потоки которого продолжали прорываться сквозь ярость кипящего в воздухе золота и нескольких фигур в черных набиру, что через творящуюся между нами вакханалию продолжали продвигаться вперед.

— Наташа, — ладонь мужа показалась мне безжизненно холодной, — уходи в портал.

Я не почувствовала, как ему все-таки удалось сломить блокировку артефактов и выстроить переход.

— Там… — я продолжала переводить взгляд с Закираля на едва различимого в пламени Тамираса.

— Таши, уходи — Радмир, словно понимая, что я сама не в состоянии сдвинуться с места, швырнул меня в серый туман.

Упасть мне не дали руки мужа. Похоже, мой брат решил проделать с новоявленным Ялтаром тоже самое, что и со мной, уж слишком взъерошенными они оба выглядели. Но я отметила это машинально, не сводя взгляда со становящейся все прозрачнее дымки. Все еще надеясь, все еще веря, но уже… зная.

— Нет, — прошептали мои губы, отказываясь слушаться подогнулись. — Нет! — Я хотела закричать, но горло сдавило тисками и из него вырывался только приглушенный стон. — Нет!

Радмир, так и не сменив боевую ипостась, вырвал меня из рук растерявшегося Закираля и грубо встряхнул за плечи.

— Прекрати! — его взгляд был черен и страшен. Когти вонзились в кожу, даруя сладостное забытье в боли, которая была не столь страшна, как та, что выжигала сейчас мою душу. — Он сделал то, что должен был. И не смей унижать его своими слезами. Он был воином, воином и ушел.

И я слышала его слова. И я понимала их смысл. И я помнила их, сказанные там, в моей комнате в Камарише, когда я склонила колени перед лежащим на полу телом единственного существа, ради которого я готова была и умереть. Но разве я думала, что мне доведется услышать их еще раз.

Услышать и… не поверить. Поверить и… надеяться, что откроется дверь и мама, взметнув в воздух тонкий аромат духов опустится рядом со мной и скажет: "Я не позволю ему уйти'.

Надеяться и… понимать, что это не случиться.