Он успокоился, по крайней мере немного. Потом достал из кармана небольшой клочок бумаги. Положил его на стол.

– Время и место, – сказал он. – У тебя есть один день, чтобы подготовиться.

– Это может быть ловушкой.

Эслин ухмыльнулся:

– Я мог бы убить тебя здесь. У тебя есть свой долг, андалит. Бремя мести. Он убийца твоего брата. Твой злейший враг. Вы, андалиты, всегда отдаете свои долги. Так что и ты, андалит, отдай свой.

Это очень трудно – быть в облике человека и помнить, что ты не один из них. Что их боль – это не твоя боль. Трудно стоять в стороне. Иног да просто невыносимо.

Из земного дневника Аксимили-Эсгаррута-Истхила

В тот же самый вечер принц Джейк собрал нас в амбаре Кэсси.

Моей первой мыслью было, что Тобиас рас сказал всем о моем походе в обсерваторию. Конечно, Тобиасу все еще не было известно, что я разговаривал со своим домом. Но он знал все о плане Эслина убить Виссера Третьего.

Амбар Кэсси называют еще Клиникой по реабилитации диких животных. Она и ее отец используют его для спасения больных или раненых диких животных. Там всегда десятки животных в клетках: скунсы, лисы, еноты и птицы всевозможных видов. Многие в гипсе.

Странные отношения у людей к другим животным на Земле. К некоторым животным они относятся с огромной симпатией. Других ненавидят. Думаю, что это связано с такой вещью, которую они называют «привлекательность». Но я никак не мог понять, что это такое.

А теперь, я был в этом уверен, я уже никогда этого не пойму.

Я не был настолько глуп, чтобы думать, что, напав на Виссера Третьего, я останусь в живых. Может быть, если я хорошо все продумаю и мне повезет, я смогу добраться до него. Но вряд ли я выживу, чтобы потом похвастаться этим.

Возможно, это даже к лучшему. У меня все равно не было бы будущего.

Лирем «простил» меня за нарушение закона. Но теперь я уже никогда не смогу стать настоящим воином, не говоря уже о том, чтобы стать принцем. Я никогда не буду вторым Эльфангором. Он останется в истории как великий герой. А меня будут помнить как маленького, глупого младшего брата, который передал людям способность превращаться.

Чтобы прийти в амбар, мне пришлось превратиться в человека. Всегда была опасность, что туда войдут папа или мама Кэсси.

Но я чувствовал себя плохо, принимая человеческое тело. Когда человеческая кожа при шла на смену моему меху, а человеческие глаза встали на место андалитских, я продолжал вспоминать рассказ Лирема о том, что он был советником хорк-баширцев.

Хорк-баширцы проиграли, йерки поработили их. Но Лирем остался верен законам и обычаям.

А что было бы, если бы не остался? Что, если бы он дал хорк-баширцам передовую технологию? Что, если бы он научил их строить звездолеты? Остались бы хорк-баширцы и сегодня свободными?

Не мне решать, кто прав, кто виноват. Я все го лишь арист. И никогда не буду чем-то большим. Но, по крайней мере, если я уничтожу Виссера Третьего, люди скажут: «Он был глупцом, но в конце концов умер хорошо».

Но это почему-то не очень успокаивало.

Я нашел всех уже внутри амбара. Принц Джейк сидел на тюке с сеном. Марко, скрестив руки, стоял, прислонившись к лошадиному стойлу. Кэсси, как обычно, была занята: кормила из пипетки раненого новорожденного гусенка. Рэчел ходила туда-сюда и, едва увидев меня, прищурила свои холодные глаза.

А Тобиас… Тобиас сидел на стропилах над их головами. Я поймал его напряженный, пугающий ястребиный взгляд. И я заметил, что на его когтях все еще висели клочья окровавленных тряпок. Я знал, откуда они. И теперь я знал, зачем все собрались.

– Привет, Акс, – сказал принц Джейк. – Как дела?

– Отлично, – ответил я.

– Я подумал, что нам нужно собраться всем вместе, – устало произнес принц Джейк. Каза лось, что он избегает смотреть мне в глаза. – Нам нужно подумать, что значат эти происшествия с контроллерами. Мы видели парня в торговом центре. Потом был еще мистер Пардю. А сегодня в утренних газетах была история еще об одном парне, каком-то бизнесмене, который во время совещания сошел с ума. Газеты представили это именно так. Но я совершенно уверен, что он был еще одним погибшим контроллером. Он посмотрел на меня. Я ничего не сказал.

– Понимаешь, Акс, в чем дело, – внезапно заговорил Марко. – Нам надоело, что ты водишь нас вокруг да около. Появился Тобиас, таща за собой клочья какой-то окровавленной рубашки. Я спросил его, что такое, но он не сказал. Почему Тобиас ничего мне не рассказал? Все очень просто. Он, скорее всего, обещал кому-то молчать. И кому он мог это обещать?

Не было смысла отпираться:

– Тобиас обещал мне. О-бе-щал. Это моя вина.

– Так ты не только хранишь секреты от нас, ты заставляешь нас хранить секреты от самих себя! – закричала Рэчел. – Ты должен научиться прямоте, Акс. Мы не пешки в твоих руках. Не игрушечные солдатики. Это наша планета. И это наша битва. Ты не можешь командовать нами только потому, что ты МОГУЩЕСТВЕН НЫЙ андалит.