Шрифт:
– А сколько тебе Зарайский платит? Я вдвое дам.
– Ты с ума сошел.
– А помнишь, мы ведь с тобой ладили?
– Помню, ничего не забыла, но ты свое время упустил, теперь не вернешь…
Замолчали.
Дюрыгин поймал на себе пристальный взгляд молодой девчушки в смешной зеленой шляпе, что наискосок от них сидела за вторым столиком.
Симпатичная провинциалочка.
Наверное, на кастинг пришла или за призом.
Вон у нее подле ножки стула пакет с логотипом радио.
Сколько он тут таких перевидал. Скольких перепробовал. Ничего из них не получается.
Хотят очень.
А породы в них нет. А здесь нужна породистость.
Как в Ирме.
Слушай, а может, а может… Взять заведомо косноязычную провинциалку?
И управлять ею по радио из аппаратной, подсказывая движения и остроумные реплики?
В этом что-то есть.
Но тогда нужно поменять всю концепцию шоу.
Сделать ведущей гламурного шоу провинциалку. Сыграть на этаком контрасте. В программу приглашаются принцессы и королевы, а ведущая – простая пастушка.
А?..
– О чем задумался? – спросила Ирма.
О том, как нам когда-то было хорошо, когда мы были вместе, – наобум ответил Дюрыгин.
Натаха Кораблева сидела в своем киоске на «Войковской» и мечтала о том, что вот как бы было хорошо, если бы Джон заехал бы за ней сюда на своей роскошной машине. И чтобы как раз в такой момент, когда бы тут будут Тофик и его двоюродные братья, Алик и Исмаил.
Джон бы вышел из своей шикарной машины, подошел бы к Тофику и сказал бы типа того, что ты, типа, мурло, если еще раз пристанешь к моей Натахе, сотру в порошок вместе со всей многочисленной твоей родней, а ларек твой к бочке с порохом привяжу и подожгу, пускай по орбите полетает, авось до твоего Дербента долетит с приветом маме. Но Джон был не так досягаем, как того хотелось бы Натахе.
Договорились, что назавтра она возьмет на работе отгул за прогул, скажется больной или беременной, чтобы точно отпустили, и сама доедет к часу дня до «Лосиноостровской», где ее уже подберет либо Джон, либо его помощник Борис.
Картины, какие рисовал ей Джон, будоражили воображение и ласкали душу. Лучше любой самой лучшей музыки ласкали. Натаха Кораблева и с нею еще четыре девушки подписываются на участие в живом реалити-шоу, по условиям которого они целый месяц будут жить на подмосковной даче, где в каждой комнате и под каждым кустом будут установлены телевизионные камеры.
Суть была в общих чертах понятна. Планируемый живой спектакль ничуть особенно не отличался от уже видимого ими на телевидении и назывался «горячий уикенд».
По условиям этого «уикенда» на дачу к пяти ее обитательницам приезжают в гости самые разные люди. В основном известные. Либо знаменитые спортсмены, либо политики, либо просто богатые люди. Девушки же и сама Натаха должны развлекать их и как умеют – ублажать своих гостей, стараясь максимально им понравиться. Готовить и подавать еду и напитки, петь и танцевать, делать мужчинам массаж и парить их в русской баньке.
– Надеюсь, не понимающих и девушек с комплексами среди вас нет? – Джон обводил собравшихся вопрошающим взглядом.
– Нет, нет, – тараторили девицы.
По условиям шоу каждой из участниц после каждого отснятого и показанного по ТВ уикенда зрители ставят свои оценки. Наименее талантливых хозяек дачи снимают с шоу, и вместо них Джон вводит в игру новеньких. А по истечении срока набравшая максимум очков и симпатий получает приз.
– Да, приз один, – соглашался Джон с сомнениями некоторых девиц, – и зарплату за время съемок мы платить никому не будем, но…
И тут Джон делал большие и выразительные глаза.
– …Но сама перспектива получить крупный приз, да и вообще – стимул прославиться, быть увиденной на экране – должен очень вас приободрить. Ведь каждая из вас, попав на экран, имеет шанс быть замеченной рекламными агентствами, вам будут делать предложения фирмы, торгующие молодежной одеждой и косметикой. Выйдя с этого шоу вы станете богатыми и знаменитыми.
Странно было только то, что Джон не говорил, на каком канале будет идти шоу. Он объяснял это тем обстоятельством, что сам он представляет независимую студию производства кино и телепрограмм и, отсняв материал, потом продает его телевизионщикам.
– Не волнуйтесь, девочки, все будет хорошо, никто вас не обидит, – успокаивал девиц Джон.
Почти не глядя и не читая, Натаха и четверо ее новых товарок подписали по шесть листиков каких-то документов, которые Джон тут же забрал к себе в папочку.
– Все будет тип-топ, нихт волнирен!
ГЛАВА 3
ДОБРЫЙ ФЕЙ
Удача сгоняет своих подружек в стайки.
А беды ходят косяками.
У Людмилы в последнее время все шло как-то наперекосяк.