Она покинула город уже к вечеру.

Но история эта, как оказалось, не закончилась. Через два дня Ренальда была арестована полицией хийоаков, и ее доставили в Стиллфилд, где ей предъявили обвинение в шантаже и вымогательстве. Несколько свидетелей указывали на нее, заявляя, что именно она требовала с них деньги, угрожая расправой…

– Итак, я слушаю вас.
– Произнес следователь.

– Вам известно, что мои родители в действительности не были теми, кто указан в моих документах?
– Спросила Ренальда.

– Что значит, не были теми? А кем они тогда были?

– Мои родители сидели в тюрьме. Отец был осужден за убийство, мать за жульничество в особо крупных размерах.

– Вы желаете сделать себе только хуже?

– Вы только что признались в том, что я несу ответственность за дела моих родителей.
– Произнесла Ренальда.
– И я буду требовать, что бы вас отстранили от ведения моего дела.

– По моему, ты слишком много на себя берешь, девчонка!
– Зарычал тигр.

– Оскорбление обвиняемого в присутствии официальной звукозаписывающей аппаратуры.
– Произнесла Ренальда.
– Вам светит, как минимум, дисквалификация.

– Ваши уловки смешны.

– Неправда. Они очень даже не смешны. Вам придется сильно потрудиться, что бы доказать, что те обманутые видели именно меня. Потому что только такой кретин и болван вроде вас способен считать, что главарь мафии являлся к потерпевшим в своем собственном виде и назывался при этом своим собственным именем, что бы те обязательно его вспомнили на суде. Я полагаю, ваше обвинение не стоит и мыльных пузырей, которые вы тут пускаете передо мной.

– Все эти слова только доказывают, что ты причастна.

– Вранье. Мои слова доказывают, что я непричастна. Более того, у меня имеются все доказательства того, что вы работаете на пользу мафии. Но я, разумеется, не дура, что бы рассказывать о них вам здесь и сейчас. Это будет на суде, в присутствии тех, кто поймет, что я права. А теперь потрудитесь вернуть меня туда, откуда утащили.

Следователь не стал никуда возвращать Ренальду, а через два дня она предстала перед судом. Было видно, что все катилось к одному, к осуждению Ренальды Таррон. Обвинитель не собирался даже думать о ней, а обвиняемые хором заявляли в ее виновности, и вся «правда» лежала на виду у хийоаков.

– Слово предсотавляется Ренальде Таррон.
– Произнес судья.
– Суд готов выслушать ваши слова.

Она поднялась, и несколько мгновений молчала.

– Я полагаю, здесь все давно уже решили, что Ренальда Таррон виновна.
– Произнесла черная тигрица.
– Да. Это же очевидно. Попалась сучка детдомовская.

– Я требую уважения к суду!
– Произнес судья.
– И попрошу не произносить здесь подобные слова!

– Не соблаговолит ли уважаемый судья произнести те слова, какие я не дожлна говорить?
– Проговорила Ренальда.
– Я не понимаю что вам не нравится, и говорю так, как говорила всегда.

– Вы прекрасно знаете, что я имел в виду!

– Отлично. В таком случае, я думаю, вы согласитесь на то, что бы я вызвала сюда своих свидетелей.

– Вы не заявляли ни о каких свидетелях ранее!
– Произнес обвинитель.

– Ложь! Наглая ложь!
– Зарычала Ренальда.
– Еще два дня назад я вам сказала, что у меня есть все доказательства и свидетелства, того, что обвинение подстроено!
– Ренальда обернулась к судье.
– Вы желаете слушать меня дальше, или можно приступать к оглашению смертного приговора?

– Прекратите паясничать, подсудимая!
– Произнес судья.
– Вызывайте своих свидетелей, если они у вас есть.

– Спасибо за разрешение.
– Ренальда поднялась и переменилась, становясь человеком. Она провела рукой в воздухе и в следующее мгновение в биополевой эфир ушел сигнал, от которого все хийоаки повскакивали с мест.

– Что это значит?!
– Воскликнул судья.
– Вы не имеете права! Включите стабилизатор!

Ренальда лишь усмехнулась.

– Сигнал уже ушел.
– Сказала она.
– Тот, кому он предназначался, уже его принял. И через минуту другую здесь будет моя защита.
– Она взглянула на обвинителя.
– Если бы вы, господин обвинитель, взяли бы на себя труд хоть немного разобраться в этом деле, вы бы очень легко нашли информацию о Ренальде Таррон. В том числе и подтверждения того, что я находилась в этом городе в общей сложности не более четырех суток.

За окном раздался рев, а затем дверь в зал раскрылась, и в нее вошел белый зверь-астерианец.

– Кто только что посылал полевой сигнал?
– Спросил он.

– Я посылала.
– Ответила Ренальда.

– Вы нарушили все правила!
– Произнес астерианец.
– Из-за вас сбит производственный цикл…

– Увы, речь идет о жизни и смерти. И не только моей личной, поэтому всякого рода сбои производственных циклов есть лишь малое зло против большого. Я попрошу вас пройти сюда и выстушить свидетелем.