Айиву вскочила в двор соседки. Женщина свалилась перед ней и закричала.

– Чего орешь то? Подымайся и беги в дом.

Женщина кое как вскочила и забежала в дверь.

– Не трогай ее!
– Закричала девчонка-Айиву, вскочив в калитку.

– Ты это про гусеницу?
– Зарычала крылатая львица.
– Поздно. Я ее уже раздавила. Нечаянно.

Львица прыгнула вверх, пролетела несколько сотен метров и приземлилась на торговой площади, перед зданием, на котором висела вывеска "Полиция".

А там, в участке, за окном сидел лейтенант. Он уже видел крыльва и о чем-то кричал в телефон.

Айиву вошла в дверь, став немного меньше, что бы не ломать вход.

Лейтенант схватил оружие и направил его на зверя.

– Лейтенант, я хочу сделать заявление.

– Кто ты такой, чего тебе надо?!
– Воскликнул он.

– Ты, наверно, ослеп и оглох. Я крылев, и сказала, что хочу сделать заявление, повторить?

– Н-нет.

– Ну? Так я могу сделать заявление?

– Д-да.
– Ответил тот со страхом.

– Тогда слушай.
– Айиву прошла к нему и обернулась девчонкой.
– Впрочем, вот.
– Айиву передала человеку бумагу, возникшую изничего, и тот взял ее с опаской.
– Читать умеешь?

– Умею…

Человек прочитал и некоторое время хлопал глазами, глядя на Айиву.

– Что?
– Спросила она.
– Слабо, лейтенант взять в жены крыльва?

– Н-но я уже женат.

– Ну и что? У вас что, многоженство запрещено?

– Д-да…

– Тьфу… - Айиву взяла лист скомкала его и бросила. Бумага в одно мгновение вспыхнула и исчезла не оставляя следа.
– Ладно, пойду найду себе кого нибудь другого.

Айиву исчезла и молнией унеслась из поселка. Она оказалась в пещере, где жила Миура, но той не оказалось.

"Миура!" - Позвала Айиву.

"Я здесь."

"Мне можно к тебе?"

"Да."

Айиву пролетела тысячи километров и оказалась в доме Сигора и Йджини.

– Эй, а чего за собрание?
– Спросила Айиву.

– Ты на небо не глядела?
– Спросил Сигор.

– Нет, а что там?

– Флот над Ренсом. Похоже, их больше чем жителей на Ренсе.

– Не больше, но миллионов пятьдесят там точно прилетело.
– Сказала Миура.
– Это ренсийцы.

– Вот это да!
– Воскликнула Айиву.
– Они жить сюда прилетели?

– Воевать.
– Ответила Миура, и веселость Айиву тут же улетучилась…

Командование прилетевшего флота все же вышло на переговоры с Правительством Ренса, и от дентрийцев потребовали немедленной капитуляции. От имени ренсийцев выступала Императрица Арианна. Дентрийцы были в панике. На планете не было флота размером даже в тысячную часть прилетевшего. Президент попытался потянуть время, но в результате добился лишь начала атаки. Ренсийки высаживались по всему континенту. Основной удар пришелся по району столицы, несколько менее сильных, по промышленным областям.

Война практически и не началась. Солдаты Дентрийской Империи поняв, с какой силой столкнулись, сдавались почти сразу. К тому же, армия оказалась деморализована из-за заявлений ренсиек, о том, что Ренс принадлежит только им и более никому.

Вспыхнувшие кое где очаги сопротивления подавлялись мгновенно и жестоко, а через три дня в столицу Ренса спутилась Императрица. Ее приземление показывали по всем захваченным телеканалам…

– Тебе плохо, Миура?
– Спросила Айиву.
– Что с тобой? Ты так смотришь и…

– Я мечтала, что когда-то ренсийцы вернутся сюда, но я не думала, что это произойдет так.
– Ответила она.
– Трудные времена возвращаются, Айиву. Они не остановятся здесь. Они продолжат завоевание и здесь начнется война.

– Этого нельзя изменить? Миура, ты думаешь, их невозможно остановить?

– Возможно. Но только войной, Айиву. Только войной, и более ничем.

– А если уничтожить их корабли, когда они все спустятся сюда?

– Они все не спустятся. И уничтожение кораблей мало что даст. У нас не хватит сил на все. Можно взорвать тысячу, но после этого крылев уходит в спячку. Их слишком много, Айиву. Да и не имеем мы права останавливать ренсийцев на Ренсе.

– Это в тебе ренсийская кровь играет, Миура.
– Ответила Айиву.
– Ты просто видишь их своими, поэтому тебе и тяжело.

– Да, и поэтому тоже. Нас здесь всего четверо…

– Да, на мою вторую половину надежды точно нет.
– Произнесла Айиву, словно глядя в сторону.

– Зря ты ее так.
– Сказала Миура.

– Почему зря? Да и не я ее, а она меня. Я же ей давно сказала, что я друг, а она уперлась, как не знаю кто.

Дверь в дом внезапно с шумом раскрылась, и в гостиную ввалилось несколько вооруженных человек.