— Может, она не кричала, — сказал Фенберг. — Может быть, то, что она увидела, заставило ее оцепенеть.

— Однако это не помешало ей вырывать клоки шерсти из туловища этого существа, — возразила Элен и подумала, интересно, какого цвета волосы у Туберского.

Фенберг слушал. Он думал об индейце Чарли, об истории с женщиной, которая выдергивала клоки шерсти у твари. Жена чудища.

— Кричала или нет, и где, черт возьми, был Джон? — спросил Фенберг и поднялся, слегка взволнованный. — Почему он убежал? И что это за идиотская история с запиской? Подделка? И почему никому никогда не удавалось поймать такое существо?

— Нет, удавалось. — Элен пролистала другую стопку записей и книг. — Вот. Одно из самых сенсационных происшествий. 3 июля 1884 года, Йейл, Британская Колумбия. Экипаж остановил свой поезд, увидев на рельсах мохнатое, очевидно, спящее существо. Видимо, оно упало с утеса и потеряло сознание от удара.

— Со мной тоже случалось такое, — сказал Фенберг, потирая затылок. „Через несколько дней из-за этого угла выглянет ухмыляющееся лицо Туберского, — подумал Фенберг. — Может, я сумасшедший, но объяснение существует“.

— Через несколько лет след этого маленького существа потерялся, — продолжала Элен. — Может быть, он умер в ка- ком-нибудь третьестепенном цирке.

— Ну, а с какой стати более крупный экземпляр этой особи посещает мое ранчо и совершает нападение на дочь моего конкурента? — спросил Фенберг. — А? Можете вы ответить на этот вопрос?

Он подошел к вращающемуся стулу, уселся на него и аккуратно положил ноги на стол.

Митикицкая пожала плечами. Причина? Возможно, секс?

Она чихнула.

На самом деле существовало два случая, когда Иети обращал внимание на человеческих женщин. Во-первых, конечно, история Чарли Два Парящих Орла и второй случай, происшедший в Британской Колумбии примерно в 1870 году. Большая Нога похитил тогда другую индейскую женщину и продержал ее в пещере около года. Согласно протоколам канадской полиции, женщине в конце концов удалось бежать, и она вернулась в свою деревню беременная. Версии о том, что же стало с отродьем твари, были разные. Некоторые считают, что ребенок умер при рождении или через некоторое время после. Другие говорят, что ребенка вырастили индейцы подальше от глаз белого человека, и потом он ушел к своим.

Элен вздрогнула. Заниматься сексом с вонючей тварью весом девятьсот фунтов. Ладно, она не хотела думать об этом.

— Итак, у вас есть друг? — спросил Фенберг.

Митикицкая уклонилась от ответа.

— Не обижайтесь, но что вам до этого?

Фенберг сидел, положив руки за голову и откинувшись на стуле.

— Просто любопытно.

Митикицкая понимающе улыбнулась. Она подошла к фотографии его мертвой жены Трейси и взяла ее в руки. Затем вернулась и поставила ее на стол Фенберга. Это было упреком, и Фенберг криво усмехнулся.

Фенберг ходил перед домом Митикицкой, мысленно рассуждая на этические темы. Было холодно. Было ли этичным назначать свидание своей служащей, успевшей проработать у него всего три дня, и к тому же делать это в утро похорон?

— Это не похоже на меня, — вслух произнес Фенберг. — Я выбит из колеи. Я бегу впереди паровоза. Я опережаю события. Мне самому будет неловко за себя, меня высекут и осмеют.

— Что там пишет Абигайл Ван Бурен?

Старик Эбби. Я собираюсь спросить у нее.

Фенберг позвонил в дверь. И еще постучал. Несколько раз. Наконец он услышал, как попросили подождать. Она шла, он слышал шарканье комнатных тапок.

— Доброе утро, — сказал Фенберг, сияя. — Я приехал, чтобы отвезти вас на похороны.

Митикицкая непонимающе заморгала. На ней был желтый махровый халат, черные волосы не причесаны. На щеке складка после сна. И все же она казалась Фенбергу очень красивой.

— Похороны?

— Ну да.

Митикицкая вздохнула и выглянула на улицу.

— Мне кажется вы все спутали с гольфом. Для гольфа, как и для похорон, нужны стриженые лужайки, озеро и буфет. Но в гольф играют в шесть тридцать утра, когда только что рассвело, а похороны обычно начинаются часов в десять.