— Обсуждали? Что обсуждали?

— Что делать дальше, сэр. После смерти адмирала Блока и всего командующего состава…

— Они обсуждали? — Гири, наконец, вспылил. — А были ли они поставлены в известность, что у флотилии есть главнокомандующий, назначенный, хоть и временно, адмиралом Блоком?

— Да… сэр.

— И никто из них даже не подумал о том, чтоб связаться с командным пунктом в ожидании дальнейших указаний?

— М-м-м… нет, сэр, — выражение лица Дижани изменилось, улыбка надежды сменилась осторожностью. Будучи опытным офицером, она знала: когда старший по званию начинает выказывать недовольство, всегда ищут крайнего.

— Я вот чего никак не могу понять… Они сидели и обсуждали, как же им быть, в обход головного корабля флотилии?

Гири не мог собраться с мыслями. Происходящее не укладывалось у него в голове. Ладно еще обычаи салютовать, ну и черт бы с ним… А вот как смели они нарушить иерархическое подчинение! Да что, в конце концов, вообще происходит с этой флотилией!

Капитан Дижани молча смотрела на него, однако ожидаемой вспышки гнева так и не последовало. Вместо этого он заговорил, тщательно подбирая слова, звучавшие для ее уха, как пленка из старых кассет.

— Капитан, свяжитесь, пожалуйста, с командующими офицерами всех кораблей. Проинформируйте их, что главнокомандующий флотилии требует созыва общего собрания в головной рубке.

— Но у нас осталось меньше часа до того, как Синдикат вновь примется за нас, капитан!

— Я знаю, капитан Дижани.

«А еще я совершенно уверен, что поставить всех в известность о том, что на борту все-таки есть главнокомандующий, также одно из первостепенных действий, пока вся эта флотилия к чертям не развалилась прямо у нас на глазах. Кроме того, было бы неплохо хоть что-нибудь о них узнать, перед тем как предпринимать что-то серьезное. Мало ли…»

— Адмирал Блок показывал мне свой кабинет. И сказал, что именно в нем он обычно проводит все собрания высшего состава.

— Все верно, сэр. Необходимое для конференц-связи оборудование также в полном порядке.

— Отлично. Я хочу, чтобы в течение пяти минут каждый знал о намеченной встрече, а в течение десяти они вышли на связь. Никакие оправдания не принимаются, присутствие каждого из них обязательно.

— Задание понятно, сэр. Приступаю к исполнению.

Гири внезапно осознал, что мучается легкими угрызениями совести, ведь сейчас он разговаривал с капитаном корабля, находящимся на своем собственном судне, более того, не просто разговаривал, а направо-налево раздавал приказы, при этом ни выказывая ей ровным счетом никакого уважения.

— Благодарю вас, капитан. Хотел бы встретиться с вами через восемь минут у входа в рубку, если это возможно.

Если он правильно помнил, то зал общего собрания находился в пяти минутах ходьбы от его каюты, оставшиеся три минуты он намеревался использовать на то, чтобы еще раз взглянуть на расположение флотилии, выделив ее сильные и слабые места. И ведь подумать только, когда-то для него это было всего лишь интересной задачкой для тренировки мозга!

Гири внимательно уставился на монитор. В который раз изображение сотни лиц едва не поглотило его, по он взял себя в руки, вспомнив, какое обещание дал адмиралу Блоку, и пытаясь придать себе вид человека, знающего, что он делает. Он научился этой хитрости, когда еще был младшим офицером и только заступил на службу. Это было, пожалуй, единственным, что могло сработать в данной ситуации.

— Капитан, все командующие на связи, как вы и просили, — послышался голос капитана Дижани.

— Все? — переспросил Гири.

— Да, сэр. При этом многие из них весьма обрадовались, получив ваше сообщение, сэр, — поспешно добавила Дижани.

— Обрадовались, значит… — Еще бы им не обрадоваться. Они даже не знали, что им делать! Он повернулся к монитору, Дижани стояла чуть поодаль от него, ведя себя так, как будто он уже несколько десятков лет был главой их флотилии.

«В ожидании героя, который вытащит их из всей этой заварухи… Но так нечестно!»

Гири прислушался к своим ощущениям, бесконечной пустоте, объявшей тело изнутри, раздумывая о том, что ведь, пожалуй, точно такую же пустоту ощущают и эти люди, к которым галактика, вопреки их ожиданиям, повернулась совершенно другой стороной. Он поискал глазами Дижани, капитана «Неустрашимого»:

— В каком они состоянии?

Она поколебалась, не уверенная, правильно ли поняла вопрос.

— Нам каждый день приходит сводка новостей, сэр, от других командующих флотилии о состоянии их кораблей, нанесенных им ударов…

— Я не о том, Дижани. Не об их кораблях. Вы говорили с ними. Более того, полагаю, что вы их неплохо знаете, представляете, что они за люди. Так в каком сейчас они состоянии?

Капитан помедлила.

— Они все наблюдали послание Синдиката, сэр.

— Вы мне уже об этом говорили. А теперь я хочу от вас добиться, каково ваше мнение о состоянии духа наших командующих. Чувствуют ли они себя поверженными?

— Нет, сэр, что вы! — однако слова уже не звучали с прежним воодушевлением. — Они вымотаны, сэр. Донельзя. Как и мы. Полагая, что удар но центру Синдиката в итоге поможет восстановить равновесие и положить конец затяжной войне, мы попали в ловушку, и с каждым днем наша надежда на возвращение домой только меркнет…