Многие офицеры казались недовольными, некоторые даже морщились, но никто не спорил с тем, что сказал Гири. Как ни странно, капитан Фалько в ответ лишь привычно нахмурился.

— Мы все еще можем победить, если будем действовать смело. Этому флоту необходимо мое командование. Альянсу необходимо мое командование. — За этим высказыванием последовало молчание. — Когда Синдикат появится в этой системе, мы будем готовы встретить их.

Гири взглянул на остальных офицеров, прежде чем ответить.

— Капитан Фалько, силы Синдиката, преследовавшие ушедшие с вами корабли, уже прибыли. Они были разбиты этим флотом. Я не понимаю, как вы можете этого не знать. — О чем думал Фалько? Харизма харизмой, да и самоуверенность имеет значение, но говорить так, словно недавних событий просто не было…

Фалько моргнул и снова улыбнулся.

— Хорошо. Именно так я и планировал. Я просмотрю отчеты о поведении всех кораблей во время битвы и отдам приказы о наградах и повышениях где это необходимо. — Капитан Фалько оглянулся вокруг и снова нахмурился. — Почему мы проводим собрание на «Неустрашимом»? Флагманом все еще является «Боец», — назидательно сказал он. — Где капитан Экзани?

Гири не сразу вспомнил, что Экзани был командующим офицером «Триумфа».

— Скорее всего, он мертв.

— Тогда Триумфу потребуется новый командир, — резко сказал Фалько, снова улыбнувшись всем присутствующим, на сей раз немного грустно, но все так же решительно. — Все офицеры, у кого есть желание взять командование на себя, должны связаться со мной после собрания.

— Храни нас предки, — прошептал кто-то.

— Боюсь, что капитан Фалько повредился рассудком гораздо сильнее, чем мы предполагали, — спокойно произнес капитан Дьюллос.

Гири осторожно сказал:

— Капитан Фалько, «Триумф» был уничтожен, когда прикрывал отход ваших кораблей из звездной системы Видха.

Фалько заморгал и перестал улыбаться.

— Видха? Я не был там. Это же территория Синдиката. Что там делал «Триумф»?

Над столом пронеслись вздохи удивления.

— Следовал за вами, — отрезал Тулев.

— Нет, — поправил его Фалько. Затем помолчал немного, прежде чем снова заговорить. — Мне необходимо связаться с сенатом Альянса. Выиграть войну возможно, и я знаю, как это сделать.

Гири почувствовал горький привкус во рту, когда включил связь и заговорил с охранниками на «Бойце».

— Удалите капитана Фалько с собрания и верните его в каюту. — Фигура Фалько, который снова нахмурился, исчезла. Гири ненадолго прикрыл глаза. Как он может судить человека, который сошел с ума? Дьюллос был совершенно прав, когда сказал, что Фалько развалится на части, оказавшись лицом к лицу с руинами своих фантазий, которые помогали ему держаться в трудовом лагере Синдиката. Фантазии встретились с реальностью у Видхи, и когда фантазия погибла, реальность Фалько тоже рассыпалась. Возможно, Фалько не смог справиться с реальностью, в которой не являлся спасителем Альянса.

Как бы ни больно было наблюдать за поведением капитана Фалько, это хотя бы убедило всех, что Сражающийся Фалько был не в форме для командования.

Вновь открыв глаза, Гири сфокусировался на Керестесе, Ньюмосе и Фарезе.

— Вам есть что сказать?

Ньюмос ответил как обычно высокомерно:

— Мы следовали приказам старшего по рангу офицера. Мы не сделали ничего противозаконного. Нас не за что судить.

— Не за что? — Гири почувствовал, как в нем бурлит еле сдерживаемая ярость. — Вы прекрасно знали, что капитан Фалько не являлся частью командования этого флота. Вы знали, что флот направлялся к Сенсиру. Вы слышали мои команды вернуться в строй.

— Капитан Фалько проинформировал нас о том, что мы проводим ложный маневр, и ваши приказы являются частью плана, — ответил Ньюмос. — Он настоял на том, что мы должны сохранить все в тайне и обсуждать это только с капитанами крупных боевых кораблей.

Голос капитана Тулева был холоднее межзвездной пустоты.

— Из которых, за исключением вас троих, все мертвы, а человек, который, как вы говорите, вам это приказал — безумен. Очень удобно.

Ньюмос, казалось, был действительно возмущен.

— Мы не могли знать, что офицер высшего ранга потерял связь с реальностью, и следовали его приказам, как того требует долг. Как вы смеете ставить под сомнение мою честь?

— Вашу честь? — спросил Гири, вполне отдавая себе отчет в том, насколько резко это прозвучало. — У вас нет чести. Вы не только нарушили клятву Альянсу, не только ослушались приказов перед врагом, но теперь еще и врете, опираясь на молчание мертвых офицеров и поврежденный рассудок командующего.

— Мы требуем военного суда, — настаивала впервые заговорившая капитан Фареза с выражением еще более ядовитым, чем помнилось Гири. — Это наше право в соответствии законом Альянса.