Родственники Риа были счастливы слышать ее смех после недель молчания, и никто не спрашивал о его причине. К удовольствию Риа, Лисса могла даже самые скучные предметы преподнести живо и доступно благодаря своему остроумию, и они часто смеялись.

— Неужели в церкви не все так хорошо? — спрашивала Риа.

— Нет, из-за некоторых святых шотландских ублюдков.

И во время следующей мессы Риа смотрела на священника уже другими глазами.

Другой урок заставил ее удивиться преданности Макамлейда Джеймсу IV даже после его смерти. Ниалл случайно подслушал этот разговор, когда они изучали сражение.

Он молча слушал некоторое время, прежде чем обнаружить свое присутствие.

— Ты считаешь, что наш король был введен в заблуждение? — Его голос был заинтересован.

Лисса повернулась, немного испуганная, оторвав взгляд от низких холмов, окружавших Атдаир.

— Когда пошел на Англию? Это стоило ему жизни, не так ли?

— Есть вещи гораздо хуже, чем смерть.

— Бесчестие? Только мужчины могут так думать. — Ее слова осторожно поддразнивали его, в то время как ее глаза восхищались его волевым, четко очерченным подбородком. Она даже не могла себе представить, что Макамлайд так красив.

Ниалл улыбнулся ей:

— Только женщина может думать, что это не важно. Неужели мы должны были оставить нашего союзника?

— Франция воюет на стороне своих союзников только когда ей это выгодно. Однажды им может оказаться Шотландия. — К ее удовлетворению, во взгляде Ниалла проскользнуло уважение к ее замечанию.

Он не мог не согласиться.

— А как быть с заявлением Генриха, что Джеймс и Шотландия поддержали его из уважения?

— Генрих VIII глупец. Я бы не стала прислушиваться к его болтовне.

В этот раз Ниалл не смог промолчать:

— Кем бы ни был Генрих Тюдор, он не дурак.

Сейчас Риа больше смотрела, чем слушала. Взрослые, казалось, совершенно забыли о ее присутствии, полностью поглощенные друг другом. Глаза Лиссы сверкали, как звезды, румянец играл на щеках. Риа уже видела такое кокетливое привлекающее выражение на лицах служанок в Галлхиеле при виде одного или другого стражника ее отца. Когда они спорили о политике, ее дядя Ниалл смотрел на Лиссу с тем же самым видом нежной привязанности, как ее отец поглядывал на мать.

Риа почувствовала облегчение в своем смятенном состоянии, когда один из стражников Ниалла окликнул его и разрушил напряженную привлекательность момента. Но ее голова все еще была занята этим происшествием, пока Лисса помогала ей вышивать цветы на платье для ее тети.

Ей хотелось быть сильной и благоразумной, но Риа была всего лишь ребенком.

— Мой дядя красивый мужчина.

Лисса молча согласилась.

— Моя тетя нежно любит его.

Лисса подняла на нее удивленный взгляд, пытаясь определить выражение лица Риа, и удивилась, как она могла подумать, что ее воспитанница так несмышлена и забывчива.

— Так и должно быть, — промолвила она.

В этот раз Риа молча и спокойно кивнула.

Обе они продолжали молчать, когда Лисса стала помогать Риа одеться для ужина.

Хотя у Риа начал пробуждаться интерес к цвету, тканям и фасонам своих платьев, она осталась совершенно равнодушной к тем нарядам, которые разложила перед ней Лисса.

— Фиолетовое, — ответила она наконец.

— Оно слишком простое. Мы могли бы добавить золотую брошь.

Риа пожала плечами:

— Достаточно и цвета, мне нравится фиолетовый.

Лисса почувствовала, как ее охватило легкое раздражение, потому что эта маленькая девочка, этот ребенок, собиралась заставить ее сделать выбор. Если она будет проявлять свои чувства к Ниаллу Макамлейду, то она потеряет свое влияние на Риа и, возможно, свое положение. Риа давала ей безопасность и определенную власть, — ведь будучи ее компаньонкой, Лисса на многие годы будет стоять выше слуг в доме. И нет никакого сомнения в том, что она, как дочь графа, хорошо выйдет замуж.

К Ниаллу она чувствовала страсть и хотела бы завести роман. Если она не ошибалась в его интересе к себе и смогла бы поддержать его в течение нескольких месяцев, то можно было бы покончить с работой прислуги, компаньонки. Она не ждала, что он оставит мать своих сыновей, но он мог бы приобрести для своей любовницы маленький домик.

Если бы не Риа, она могла бы постепенно проверять силу влечения Ниалла к ней. Но так не получалось.

Она смотрела на Риа, когда та укладывала последний длинный локон вдоль глубокого выреза платья. Риа была еще слишком молода, поэтому она носила волосы распущенными, не укладывая в прическу. Девочка была красива, хотя ее красота была незрелой. Вид у нее был решительный. Она встретилась глазами с Лиссой и улыбнулась, но Лисса почувствовала ее сдержанность.

Лисса была очень осмотрительной в тот вечер, а Риа — спокойной.