– Тогда он труп.

– Я его и сам своими руками придушу.

– Володя, ты не понял. Этот ублюдок – уже труп. Ларису можно убить, но чтобы изнасиловать...

– Да, Лариса у нас такая. Бедная, девственницей помрет...

– Типун тебе на язык!

– Да нет, я не про сейчас. Когда-нибудь ей же придется умирать. Ну лет в сто...

– В сто лет, и девственница?

– Ну если ты не постараешься, то быть ей девственницей.

– А почему именно я должен стараться?

– Да потому что только к тебе она неровно дышит.

– Откуда такая информация?

– А то не видно... Ларка с нами как с друзьями себя ведет, никакой страсти. А на тебя она по-другому смотрит...

– Ага, как на врага народа?

– Ну не всегда... А пикируется она с тобой, потому что любит. Милые бранятся, только тешатся... Дураком будешь, если упустишь свой шанс.

– Какой шанс?

– Только прикидываться не надо. Сам знаешь, что за Ларкой толстосум бегает. Она-то его отфутболивает. Но надолго ли ее хватит? Возьмет да замуж за него выскочит. Тогда тебе точно ничего не светит. Ларка не такая, чтобы рога наставлять...

– Не нравится мне, что ты так про нее говоришь.

– В смысле, идеализирую?.. Так я правду говорю. Поверь, я в людях разбираюсь.

– Я тоже разбираюсь. И сам знаю, что Ларка – лучшая. Только не надо говорить о ней только хорошее.

– Почему?

– Потому что так только о покойниках говорят, понял?

– Понял... Да Лариска зануда, я тебе говорю. И на компьютере своем дурацком помешана. Белая ворона, короче...

– А в лоб хочешь? – взъерошился Фокин.

– Да пошел ты! – отмахнулся от него Чумаков.

Демонстративно зевнул и переключил все свое внимание на дорогу.

В Калиновку они успели до темноты. Нашли дом из лакированных бревен. Черепичная крыша, пластиковые стеклопакеты, забор из французского кирпича. Весьма отдаленное родство с простыми деревенскими избами.

Дом стоял на отшибе. Почти впритык сосновая роща, откуда запросто можно было за ним наблюдать. Видно, где-то среди деревьев и стояла полоумная Беспалова. Но, скорее всего, она влезла на дерево, поскольку только с высоты видно, что делается за высоким забором.

Фокин тоже мог залезть на дерево. Но не для того он гнал во весь опор, чтобы терять драгоценное время. Действовать нужно решительно и бесповоротно. Только так можно застать противника врасплох.

Беспалова говорила, что вместе с Филиппом был еще какой-то мужик. Хотелось бы знать, сколько упырей служат вампиру. Но, увы, на разведку не было времени. Возможно, из Ларисы уже уходит кровь.

Фокин остановил машину впритык к забору. Не жалея свою собственность, запрыгнул на капот, оттуда на крышу, лихо перепрыгнул через забор. Во дворе машина. Джип «Хонда». И собака. Мастифф Тузик. Бойцовский пес несся на Стаса с бешеной скоростью. И, судя по всему, останавливаться не собирался. Но Фокин не желал делиться с ним своим собственным мясом. Не для того он тридцать лет наращивал его на своих костях...

Мастифф умер мгновенно. Без визга и предсмертных судорог. Только вот выстрел прозвучал достаточно громко. И наверняка вспугнул хозяйку дома. Лимит времени стремительно убывал.

На всех без исключения окнах – решетки. В дом можно проникнуть только через дверь. А она как раз открыта. Значит, еще есть возможность застать жильцов врасплох.

Стас на скорости влетел в просторный холл, мгновенно отсканировал пространство. Никого. На кухне пусто. В ванную заглянул Володя. Он тоже в доме, тоже готов стрелять.

Но стрелять не в кого. Дом, похоже, пустой. Но расслабляться нельзя. Где-то мог притаиться враг. И будет худо, если он первым нанесет удар.

Фокин последовательно обошел комнату за комнату. Последняя комната на втором этаже была заперта. Он выломал дверь и на пару с Чумаковым ворвался в помещение. Но вместо Беллы они нашли в комнате Ларису.

Она лежала на полу, связанная по рукам и ногам. Глаза закрыты, голова безжизненно откинута назад. В лице ни кровинки. Может, в ней вообще нет крови? Похоже на то. Но Лариса жива. Пульс прощупывается слабо, дыхание редкое, поверхностное. Возможно, ее еще можно спасти.

Задача резко изменилась. Вампирша отошла на второй план. Сейчас главное – спасти Ларису.

– Володя, прикрывай!

Фокин поднял ее на руки и понес на выход. Теперь он не настигал, а спасался от Беллы. И, оказалось, безуспешно.

Входная дверь была закрыта. Володя толкнул ее плечом. И тут же в уши вонзился пронзительный голос:

– До взрыва осталось три минуты!

Это был бездушный механический голос. Он исходил из динамиков, спрятанных от посторонних глаз.

Фокин хорошо помнил, какой сюрприз оставила Белла в своей бирюлевской квартире. Она смогла поставить растяжку. И дом заминировать ей вполне по силам.