Шрифт:
— Верно, — согласился с ней Тэд.
— Может быть, вам просто следует отвлечься, — предположил мистер Ньютон. — Подумайте о каникулах, о которых я вам говорил. Подумайте о путешествии на яхте. Постарайтесь взглянуть на ситуацию с хорошей стороны.
Он свернул влево, на улицу, где стоял их дом, проехал квартал и повернул на подъездную дорожку. Остановив пикап, мистер Ньютон бросил взгляд на крыльцо дома. Глаза его полезли на лоб — он не мог поверить в то, что предстало его взору.
— Что за…?
Эмили выглянула в окно и разинула рот от изумления.
— Щеночки!
Они сидели на крыльце ровным рядком между Мисси и Бетховеном — все четыре щенка. Они были грязны и усталы, у них болели стертые лапы — но они наконец были дома.
Глава двадцать пятая
Вскоре жизнь вернулась в свое обычное русло. Первым делом Ньютоны задали щенкам настоящий пир: целые горы консервированного собачьего корма, огромные миски фарша, а также различные лакомства, извлеченные из холодильника. Еды было так много, что щенки не сумели съесть все, что им дали, — хотя Чубби честно старалась!
Затем последовала ванна с обилием мыла и горячей воды. Щенки не особо были ей рады, но Мисси настаивала на том, что купание им просто необходимо. После купания Райс и Эмили расчесали шерсть юных сенбернаров и высушили при помощи фена, которым миссис Ньютон обычно сушила волосы.
А потом была игра. Несколько часов подряд дети и щенки бегали и катались на лужайке, играя в догонялки и в прятки. Две четы — Бетховен и Мисси, Джордж и Элис Ньютоны — смотрели на них, и глаза родителей светились счастьем…
Наконец миссис Ньютон повернулась к мужу.
— Ну что, Джордж, ты все еще собираешься взять напрокат яхту?
В доме было тихо и темно. Все — и люди, и собаки — мирно спали. На улице у ограды затормозил старый грузовик, за рулем которого сидел Герман Варник. Выключив фары, он вылез из машины, задержавшись лишь для того, чтобы снять с предохранителя пистолет, висящий у него на поясе.
Ни Вернона, ни Харви с ним не было — они решили завязать с Варником и с ремеслом похитителей собак раз и навсегда.
Варник прокрался по подъездной дорожке к дому Ньютонов и поднялся на крыльцо парадной двери. В тюрьме Варник познакомился с одним вором-домушником, который научил его основным приемам взлома замков. Поэтому Варнику удалось без проблем отпереть дверь. Через минуту или две он уже проник в дом, улыбнувшись своим зловещим мыслям. Теперь-то он точно отомстит.
— Ни одна собака не выстоит против пистолета, — прошептал Варник.
Он крался по темному дому, ощупью пробираясь из комнаты в комнату и ища Бетховена. Остановившись у кухонной двери, Варник прислушался — из кухни доносилось шумное сопение крупного взрослого сенбернара. Варник бесшумно отворил дверь.
Бетховен и Мисси лежали бок о бок, вокруг них свернулись щенки. Варник поднял пистолет и прицелился в голову Бетховену…
И тут кто-то включил свет!
Варник резко развернулся и увидел Эмили. Девочка стояла в коридоре и смотрела на него. Для Эмили явление Варника оказалось чем-то вроде кошмарного видения.
— Ты! — вскрикнула она.
— Убирайся отсюда! — прошипел Варник.
Но Эмили не дрогнула. Она набрала в грудь воздуха и во весь голос закричала:
— Бетховен!
Бетховену понадобилась лишь доля секунды на то, чтобы проснуться, оценить обстановку и начать действовать. Он взмыл в воздух, и его зубы сомкнулись на запястье Варника. Пистолет упал на пол.
— А-а-а! — заорал Варник, чувствуя, как хрустят кости его руки в мощной хватке челюстей Бетховена. — Помогите!
Бетховен швырнул негодяя на пол и встал над ним, готовый вонзить клыки в глотку Варнику, если тот пошевельнет хотя бы пальцем.
Все Ньютоны, разбуженные шумом, ссыпались вниз по лестнице, вбежали в кухню и замерли.
— Эмили! — воскликнула миссис Ньютон, схватив дочь в охапку.
— Варник! — закричал Тэд. — Это Варник!
— Я думала, он в тюрьме, — сказала Райс.
— Судя по всему, нет, — отозвался мистер Ньютон. — Элис, позвони в полицию…
Срывающимся от страха голосом Варник выдавил:
— В полицию? Эй, мистер, не надо никакой полиции! Я ничего плохого не хотел. Просто отпустите меня, ладно? Уберите только от меня этого пса, и я уйду, и вы меня больше никогда не увидите.