– Значит, деньги здесь лежат? – спросил боксер. В его глазах Ефим видел беспокойство.

– Да. Вон там! – майор махнул рукой в темную перспективу депо. – У него контейнер в дальнем конце стоит. Деньги – в нем.

Они помолчали, потоптались на месте.

Прошло минут пять.

Мимо них прошли с улицы двое таджиков в тюбетейках и красивая черноволосая женщина в разноцветном атласном халате. В такт шагам качались ее тяжелые золотые серьги. Они подошли к железной лестнице, ведущей на антресоли и, стуча каблуками, стали подниматься вверх.

– Ну, где твой казах? – дернул шеей боксер. – Что он там, свой лук по штукам пересчитывает, что ли?

Майор пожал плечами:

– На востоке торопиться не любят.

В этот момент входная дверь открылась и вместе с волной свежего воздуха в депо вошла группа – человек в десять. Они встали живой стеной напротив Ефима, борца и двух его подручных. У каждого из вошедших в руках было оружие: двуствольные охотничья ружья, какие-то непонятные револьверы и просто ножи.

Вахтер положил на бордюр своей стойки десантный вариант автомата Калашникова и припал щекой к его затворной коробке.

– Стволы на пол! – скомандовал стоящий в центре загорелый квадратный мужик.

Боксер развел руки в стороны и подчеркнуто доброжелательным тоном сказал:

– Да, вы что мужики? У нас к вам никаких дел! Нам Ермак нужен из Казахстана! Поговорим с ним и все! И уйдем!

– Стволы! Ну! – повторил квадратный и шевельнул стволом «ижевки».

Боксер обвел взглядом глядящие ему в грудь черные отверстия, сунул руку за борт пиджака, медленно вынул пистолет и, присев, осторожно положил его на асфальтовый пол.

– Все-все, мужики! Раз надо, так надо! Только не волнуемся! – успокаивающим голосом сказал он, поднимаясь.

Вслед за начальником, положили на пол свои пистолеты и два его бойца.

– Ермак нужен? – раздалось откуда-то из-за спин пришедших. Живая стенка раздвинулась, и перед строем своих солдат появился Ворон – Пахом Пантелеевич Панкрашин.

Боксер сделал шаг в его сторону. Но, заметив выражения лиц окружающих Пахома мужиков, замер на месте.

– Слушай, Пахом, мы тут случайно! Этот вот он нас привел! – кивнул он в сторону Ефима. – Нам тут один казах нужен… Просто поговорить, и все!

– Ты, Олежек, задом-то не крути! – негромко произнес Пахом, глядя из-под опущенных полей панамы нежными глазами, похожими на полевые васильки. – Тебе же было сказано – в поселок не ногой! А ты?

– Да, Пахом, да я-то что? – развел руки в стороны боксер. – Меня Извольцев послал вот с этого фраера должок получить! – начальник службы безопасности казино «Континенталь» Олег Полубонцев ткнул указательным пальцем в грудь Ефиму. – И все! А к тебе у нас никаких претензий нет! Ты же знаешь, мы тебя всегда уважали! А ты сразу с ружьями пришел!

– А казах тебе, Олежек, зачем понадобился? – мягко спросил Пахом.

– Так, этот фраер сказал, что ему деньги на хранение отдал.

Ворон улыбнулся и мелкие морщинки побежали к висками от его голубеньких глаз:

– Ты меня, Олежка, за дурака-то не считай! Казаха какого-то придумал! Человеком каким-то посторонним прикрываешься, как дешевка последняя! Говори прямо: на разведку тебя Извольцев послал? Подходы высмотреть? Так?

– Да, ты что, Пахом? Да, зачем нам подходы? Мы же воевать с тобой не собираемся! Мы же обо всем еще в марте договорились! – стараясь быть убедительным, сказал Полубонцев.

– Вот и я думал, что договорились, – удрученным тоном произнес Пахом. – А теперь не знаю, что и думать!

Он помолчал, подняв свои глаза-васильки к далекому потолку.

– Давай. Олежек, человека-то этого отпустим! – наконец произнес он, показывая рукой на майора. – Раз он посторонний, то нечего его в наши дела путать! Мы уж, давай, как-нибудь без посторонних разберемся!

Полубонцев молчал.

– Иди, мил человек! – не дождавшись ответа, обратился Ворон к Ефиму. – Гуляй своей дорогой! У тебя свои дела! У нас – свои!

Ефим повернулся к Полубонцеву и вопросительно посмотрел, дескать, как, – уходить?

Губы начальника службы безопасности сжались в узкую линию, а глаза ничего хорошего ему не пообещали. Но вслух он ничего не сказал.

Мимикьянов пожал плечами и, не торопясь, направился к выходу. Когда он проходил мимо Ворона, ему показалось, Панкрашин незаметно подмигнул ему левым глазом-васильком.

Обойдя колючую стенку Пахомовских солдат, Ефим потянул на себя дверь. Открываясь, она пронзительно взвизгнула. Майор на секунду задержался на пороге, на прощание окинул взглядом многолюдную сцену и покинул старое депо.