– Если только возможно найти ее, мы…

– Мы должны найти ее!

– Я знаю, как ты хочешь поймать этого человека и как ты волнуешься за специального агента Бакстер, – сказал Сандерс.

– Нет, ты не понимаешь.

– В смысле?

– Ник может быть беременна, – сказал Грифф.

Сандерс ничего не ответил.

– Беременна она или нет, Ник очень много для меня значит.

Сандерс не знал, любит ли Грифф Николь Бакстер. Возможно, и Гриффин не знал этого. Как и он сам, Грифф был закрыт для всех глубоких эмоций, для любви в том числе. По весомым причинам.

В прошлом году Сандерс начал влюбляться в Барбару Джин. Постепенно. Осторожно. Когда наступит подходящий момент, он расскажет ей о своих чувствах.

Но преданная Барбара Джин не могла стереть его любовь к Элоре. Элора была любовью его жизни, и память о ней будет жить в его сердце до последнего вздоха. Даже спустя годы он слышал ее смех, чувствовал запах ее духов, ощущал ее тело под кончиками своих пальцев.

История не должна повториться. То, что произошло с ним, не должно произойти с Гриффом. Они не могут допустить, чтобы безумец лишил жизни женщину Гриффа и ребенка, как Йорк убил Элору и жизнь внутри ее.

Падж сложил грязную посуду в посудомоечную машину. Поскольку он не мог доверять слугам, ему приходилось самому мыть посуду.

Его одолевало болезненное искушение спуститься в подвал и посмотреть, что происходит с Николь.

«Нет, не нарушай из-за нее правил».

Он хотел заставить ее умолять, чего хотел и от других. Хотел, чтобы она страдала, как страдали другие.

Но Николь – особенная.

Да, особенная, но правила есть правила, и для нее не будет слишком много исключений. Они будут играть по правилам, и так же будет со всеми, кто последует за ней.

Падж снял свой толстый свитер с вешалки в холле, надел его и вышел на веранду. Поместье окружало около тысячи акров земли, а во времена расцвета ее было в три раза больше.

Если бы он жил до Гражданской войны, то был бы рабовладельцем и получал большое наслаждение, пытая рабов – и мужчин, и женщин. Он мог бы убивать открыто, и закон не был бы нарушен.

Но такая мелочь, как нарушение закона, не могла удержать Паджа от убийств и игры. В конце концов, он был над всеми законами, которым подчиняются другие. Превосходство его интеллекта и его происхождение давали ему права, которых нет у обычных людей.

Падж удобно расположился в кресле, закрыл глаза и подумал о том, что его ждет завтра. Николь не станет послушной и податливой. Она будет бороться изо всех сил.

Одна мысль о ее сопротивлении возбуждала его.

Чем сильнее противник, тем сладостнее победа.

Иветта встретила Гриффина в холле. Вероятно, она услышала, как Сандерс остановил перед домом лимузин, чтобы высадить Гриффина, прежде чем ехать в гараж.

– Я думал, ты уехала домой, – сказал Гриффин.

– Я и уехала, но Сандерс позвонил мне, и я прилетела первым рейсом.

– Спасибо.

– Где же еще мне быть, когда ты нуждаешься во мне?

Она взяла Гриффа за руку.

Прикосновения Иветты были нежными и одновременно энергичными. Так умела прикасаться только она. Грифф вдруг ощутил спокойствие. Оно пришло неожиданно, но сразу же ушло. Грифф знал, что Иветта пыталась помочь ему, вселяя в него надежду.

Она отпустила его руку.

– Почему ты так беспокоишься о Николь Бакстер? Грифф посмотрел на Иветту, собираясь с мыслями.

– Мы не знали ничего друг о друге, пока не начали работать над одним делом вместе.

– А теперь?

– Мы начали узнавать друг друга ближе.

– Ты не должен винить себя в том, что случилось, – сказала Иветта. – Никто из вас не мог знать, что затевает этот человек. Тебе сейчас надо отдохнуть.

– Я не могу спать.

– Тогда пойдем в твой кабинет. Мы можем поговорить, если хочешь. Если не хочешь, просто посидим вместе.

Он кивнул, и они направились в его уединенную комнату. Грифф снял куртку, бросил ее на один из стульев неподалеку от камина и сел на зеленый кожаный диван. Иветта устроилась с другой стороны дивана.

– Я необдуманно проболтался Сандерсу, – признался Грифф. – Я сказал ему, что Ник может быть беременна – моим ребенком. Господи, как я мог!

– Он твой друг. И ему кажется, мы не переживем еще одного сумасшедшего, который убьет невинную женщину и ее неродившегося ребенка.

– Я поклялся Богу, что этого не будет, и не верю, что это случится. – Грифф сжал и разжал кулаки и невидящим взглядом уставился в пол. – Безумный Охотник. Его жертва. Изматывающая игра, которая заканчивается убийством.