Он потянулся и погладил ее между лопаток своей мясистой рукой. Каждый нерв тела Ник отреагировал на его прикосновение. Ее мышцы напряглись. Но она постаралась не выдать своей реакции и не вздрагивать.

«Если он попытается изнасиловать меня…» Нет, этого он не хотел. Это было не в его правилах. Ни одна из его жертв не была изнасилована.

Ник сжала ложку в правой руке, зачерпнула варево и отправила его в рот. Она была голодна и не знала, когда сможет поесть в следующий раз. Она должна пользоваться всем, что он предлагает, если хочет сохранить силы и остаться в живых. Ник торопливо опустошила миску.

– Хорошая девочка. – Он погладил ее по голове. – Сейчас мы совершим нашу первую прогулку в лес. Сегодня она не будет слишком долгой. Но достаточной для того, чтобы ты начала учить правила. Если ты доставишь мне удовольствие, я разрешу тебе либо воспользоваться ванной, либо поесть сегодня вечером.

Как бы отчаянно она ни нуждалась в душе, Ник выбрала еду.

– Скажи, что я должна делать.

– Я покажу тебе, где ты должна будешь проводить большую часть дня. Объясню правила. Надеюсь, ты запомнишь их. Если ты нарушишь условия игры, будешь наказана. Если превзойдешь себя, получишь награду.

– Как я могу превзойти себя?

– Остаться в живых, конечно.

Ник уставилась на него, не скрывая удивления.

– Мы немного прогуляемся этим утром, – сказал он. – Просто попробуем. А завтра я отведу тебя дальше в лес. Конечно, я освобожу твои ноги от оков, так что ты сможешь свободно бегать. – Он положил руку ей на голову, его пальцы перебирали ее волосы. – Тебе это нравится, не так ли, Николь? Бежать свободно. А в конце я поймаю тебя.

Сандерс открыл дверь кабинета и заглянул внутрь. Иветта подняла голову от спинки кресла, в котором отдыхала, и знаком попросила Сандерса не беспокоить Гриффа. Грифф лежал на диване полностью одетый, его ноги свешивались на пол. По его глубокому, тяжелому дыханию Сандерс понял, что он спит.

Иветта на цыпочках пересекла комнату и вышла в холл. Прежде чем заговорить с Сандерсом, она плотно прикрыла дверь.

– Он наконец уснул около часа назад, – сказала она.

– У меня на кухне чай, – сказал Сандерс. – Может, мы поговорим, пока Грифф и остальные спят?

Иветта погладила руку Сандерса.

– Мы будем очень нужны ему в ближайшие дни. И если Николь Бакстер убьют… Грифф очень беспокоится за нее. Даже больше, чем ему кажется.

Они продолжили разговор только за столом – за чашкой горячего чаю.

– То, что происходит сейчас, тяжело пережить и ему, и нам. Мы – часть его прошлого. Мы живем его болью, а он – нашей.

– Мы разделим с ним и это. В любом случае мы поддержим его.

– Он беспокоится насчет тебя. Волнуется, что сказал тебе про возможную беременность Николь.

– Молюсь, чтобы он все же ошибался.

– Я тоже. Если ее убьют и Гриффин узнает, что она носила его ребенка… Это не может, не должно повториться снова…

Сандерс потянулся через стол и взял Иветту за руку.

– Сейчас мы бессильны остановить этого дьявола, как были бессильны остановить другого дьявола много лет назад.

Иветта сжала широкую, сильную ладонь Сандерса.

– Если Ник убьют, я не уверена, что смогу вытащить Гриффина из тьмы, как в прошлый раз.

– Мы постараемся.

– Гриффин должен сохранять силы, чтобы найти Николь. Если нужно, будем лгать ему. Только осторожно, чтобы он не понял, что им управляют. Чем реже он будет думать о плохом, тем лучше. Чем меньше времени он будет наедине с самим собой, тем лучше. Ты или я должны будем проводить с ним столько времени, сколько он позволит»

– Да, ты права.

Они сидели в тишине и допивали чай, потом Иветта встала, подошла к Сандерсу и поцеловала его в щеку.

Неожиданно они поняли, что находятся на кухне не одни. Сандерс повернулся туда, откуда раздался шорох, и увидел Барбару Джин. Мгновение они смотрели друг другу в глаза, потом она отвела взгляд.

– Извините, я не хотела мешать вам. – Барбара покатила свое кресло прочь из кухни.

– Подожди, – остановила ее Иветта. – Вернись, пожалуйста. Я собираюсь подняться к себе, принять душ и переодеться. Думаю, Сандерс будет рад твоей компании.

Иветта посторонилась, пропуская Барбару Джин, улыбнулась ей и вышла. Сандерс приблизился к креслу Барбары Джин. Она отодвинулась, упершись в холодильник. Сандерс поймал рычаг управления, обогнул кресло и присел на корточки.

– Ты никому не помешала, – сказал он. – Мы с Иветтой – друзья. Я говорил тебе, что для Гриффина и для меня она как сестра. Мы говорили как раз о Гриффине.

Барбара Джин подняла голову и застенчиво посмотрела на Сандерса.

– Он действительно очень расстроился, когда похитили специального агента Бакстер?