— Точно норма? — коротко поинтересовался Ямагучи, отстраненно созерцая светящиеся строчки, ползущие в воздухе.

— Да, я считала все параметры, но взломать не удалось. — Лаура хмыкнула. — С белым шумом хорошая идея, ошеломил. Хватит соревнований, давай, показывай своего малыша.

Ямагучи кивнул:

— Это честь для меня, сеньора Лаура ди Франше.

— Честь… — фыркнул Джузеппе.

«Глупость какая, — ошеломленно подумал он. — Еще немного и я бы ударил его. Но это же Ями, как мне такая чушь пришла в голову? Да и Лори, она со своей подготовкой, наверное, голыми руками от белого медведя отобьется».

И все равно, когда Лори закричала, на мгновение Джузеппе совершенно забыл о себе, сердце его зажглось слепящей и настолько чистой яростью, что ему самому стало страшно.

И Джузи вспомнил, отчего перестал драться.

Когда-то давно точно такое же чувство он испытал в школьном коридоре. Мир сузился до одного единственного лица — лица обидчика, к которому «Пепе-Джузеппе» был готов идти сквозь боль, удары, страх. Идти, во что бы то ни стало, потому что так велела его ярость — единственное, что имело значение.

Это была сила. Настолько неуправляемая, что Джузеппе испугался ее, испугался сам себя и захлопнул сердце, как старый сундук, похоронив свою ярость на дне.

И до этого момента не вспоминал о ней. Он сумел выстроить свою жизнь так, что ярость и умение идти вперед, невзирая на удары, ему были не нужны.

Но теперь он вдруг подумал, не похоронил ли на дне этого сундука еще что-то важное вместе со своей силой? Может быть, возможность иной жизни?

— Джузи, он идет, — Лори взяла его за локоть. — Король джунглей. Вы придумали замечательную машину.

В лесу что-то мелькнуло — мгновенной тенью меж ветвей, что-то большое и очень быстрое всколыхнуло молоко тумана, который нехотя таял под натиском восходящего солнца.

Жозеф, нервно поглядывая в лес, хлопнул Луи по плечу, указывая на…

Черная округлая тень бесшумно перелетела через джип, выметнулась на полигон, и, взметая листья, ветви, щепу, рванулась к ним.

Пальцы Лауры стиснули его локоть, она рефлекторно схватилась за отворот куртки, будто что-то ища. Джузеппе не успел ничего сделать, только крепко обнял Лори, готовясь отпрыгнуть с линии атаки громадной гориллы, мчащейся на них со скоростью…

— Разрешите представить — мобильный юнит экозащиты проекта «Wildlife program [3] », — скромно блеснул очками Ямагучи. — Новое слово в активной экологический защите: революционные разработки в области нанотехнологий, уникальный механизм энергопитания, сверхвысокая степень пассивной защиты. Жозеф, не тычь в него карабином. Ты же его с пеленок знаешь — сам распаковывал.

— Так-то оно так… — рейнджер неохотно опустил оружие, с опаской глядя на огромную фигуру, замершую в неподвижности в метре от группы. — Господин Ямагучи, нам и вправду нужна это штука?

— Он послушный, — Ямагучи щелкнул ногтем по интерфейсу. — Дай лапу, малыш.

Гигант медленно опустился на корточки и протянул правую лапу Лауре.

— Не унижайте его, — Лори коснулась черных пальцев, каждый из которых был шириной вполовину ее ладони. Она прищурилась, погладила густую черную шерсть, под которой бугрились синто-мышцы, взглянула в глубокие черные глаза, блестящие из-под нависающих надбровных дуг. — Он воин.

Ямагучи молча сиял.

— А что такое сверхвысокая степень пассивной защиты? — поинтересовалась Лаура.

Японец подошел к юниту, извлек из кармана перочинный нож и, размахнувшись, воткнул лезвие в черную ладонь.

— Что вы… — вскрикнула Лори, но тут же осеклась.

Техник рывком выдернул нож.

— Засекайте время, Лаура-сан.

— Уже, — растерянно пробормотала Лори, наблюдая, как порез на глазах затягивается. — Тридцать секунд. Но как?

— У нашего юнита есть не только скелет, но и кровь, — пояснил Ямагучи. — Точнее, взвесь нанитов в полимерной плазме. Это автономная система с распределенным принципом вычислений. Центральный процессор может отдавать указания — что и в какой точке надо модифицировать, но система сама способна восстанавливать элементы конструкции. И видоизменять их. В разумных пределах, конечно.

— Просто поразительно, — Лаура обошла вокруг застывшей на корточках четырехметровой гориллы. — И вы не боитесь сообщать такую информацию?

— Лаура-сан, ну что вы, — японец широко улыбнулся. — Все, что я вам сообщил, можно будет прочитать в рекламной статье. Это не коммерческая тайна. Вот, скажем, технологию создания нанитов или программные алгоритмы вам никто не разгласит. Думаю, вам это и не интересно?

— Не особенно, — сказала Лаура. — Мне другое интересно. Ведь это точная копия самца горной гориллы, серебристая полоса на спине — это же у самцов, да, Джузи?