– Очень приятно, – подобрав ключ, я отпер дверь. – Проходите.

– Тепло у тебя, – поежившись, подула на ладошки Катя и повесила шубу на прибитую к стене вешалку. Странно, раньше на такие мелочи, как холод, она внимания не обращала: валькириям, что минус пять, что минус тридцать пять – разницы никакой.

– Ты как меня нашла? – Расстегнув фуфайку, я не спешил ее снимать по простой причине – в кармане оставалась «Гюрза», а чего ожидать от незваных гостей, пока было совершенно непонятно.

– Мы к Кириллу заходили, а у него как раз Денис был, сказал, что ты в Дружину завербовался. – Катя пробежалась пальцами по перламутровым пуговицам кофточки, и у меня даже виски заломило от узнавания ее давней привычки. А думал, давно перегорел… – Остальное – дело техники.

– Давно здесь караулите? – повесив фуфайку поверх шубы, спросил я только для того, чтобы хоть что-нибудь сказать. Селин-то откуда все уже пронюхать успел? Что за человек такой?

– С утра, – улыбнулась Катя и повернулась к неприкаянно переминавшемуся с ноги на ногу мужу. – Вить, ты присядь, мы пока поговорим, а дальше уже видно будет.

– Что видно? – Я вытащил из кармана пистолет, взял пакет с кобурой и, решив, что ответа могу и не дождаться, кивнул на дверь в кухню. – Проходи.

– Нам нужна твоя помощь. – Девушка уселась за скособоченный стол и отвела взгляд, сцепив длинные изящные пальцы.

– Это я уже понял, – вздохнул я, внимательно разглядывая Катю. Напоминающее лисью или кошачью мордочку острое лицо, зеленые глаза, обесцвеченные на концах рыжеватые волосы. В ушах тонкие золотые кольца, хотя она всегда предпочитала более броские украшения. Но сразу ясно, что дело вовсе не в отсутствии денег – такие вещи мне, далеко не погрязшему в роскоши и уж тем более разврате, сразу в глаза бросались. – Давай подробней.

– Нам надо где-нибудь пожить неделю или две, – нисколько не смущаясь нелепости ситуации, заявила девушка.

– И вы пришли ко мне?! – Вроде бы давно успокоившееся сердце друг начало как-то слишком уж активно постукивать. Любовь? Вряд ли. Скорее некстати ожившие воспоминания о ней. Привычка любить? Оно самое.

– Нам больше не к кому идти, – честно созналась Катя.

– Мне вам квартиру освободить? – Я нацепил на вдетый в джинсы кожаный ремень кобуру и убрал в нее пистолет.

– Нам хватит одной комнаты. – Девушка нервно затеребила выложенные на стол пачку сигарет и серебряную зажигалку. – Мы тебя сильно не стесним.

– И как ты себе это представляешь? – излишне резко, чем следовало, поинтересовался я. – Вы там, а я тут? Ты считаешь это нормальным? Просто делать вид, что не замечаем друг друга?

– Извини, что побеспокоили, – убрав сигареты и зажигалку в сумочку, Катя поднялась из-за стола.

– Сядь, – приметив закушенную губу, попросил я.

– Да перестань ты, – моргнула девушка, скрывая выступившие в уголках глаз слезинки. – Мы пойдем.

– Сядь! – бешено прошипел я, злясь в первую очередь на самого себя. Надо было сразу понять, что Катя доведена до предела. Уж если она со своим неизменным оптимизмом из последних сил слезы сдерживает… – Сядь и рассказывай, что стряслось.

– Зачем тебе? – Девушка после недолгого колебания все же послушалась и села обратно за стол. – Нам просто нужно место, где можно переждать неделю или две. Ничего больше.

– Рассказывай, – повторил я свою просьбу.

– Нас хотят убить, – как-то очень уж буднично заявила Катя. – А вообще, ты прав – мы под одной крышей не уживемся. Лучше квартиру снимем.

– Помолчи, – достаточно невежливо велел ей я, переваривая услышанное. Их хотят убить. Ни Сестры Холода, ни Дружина как варианты спасения не рассматриваются. И укрыться они решили у меня – в последнем месте, где их будут искать. Могли бы на съемной квартире отсидеться – так бы и поступили. Нет, это дело точно с душком… – Я говорил вовсе не про то, как мы будем жить. А про доверие между нами. Как я могу быть уверен, что это не очередная комбинация Лиги?

– Я больше не валькирия. – Катя устало прислонилась спиной к стене и закурила сигарету. – Хотя для тебя это мало что меняет. Все равно не поверишь.

– Почему? – пожал я плечами и стянул через голову свитер, радуясь, что удалось выкрутиться и избежать никому не нужного выяснения отношений. – Проверю, возможность есть. Но если уж на то пошло, почему вы не обратились за помощью в Дружину?

– Единственного моего хорошего знакомого из Дружины нашли убитым в собственном доме на следующий день после такой просьбы. – Катя отвернулась и стряхнула пепел в раковину. – У нас просто нет времени пытаться выйти на кого-то другого. Тем более – неизвестно, кому можно доверять. А в Лигу мне обратная дорога закрыта. Там таких, как я – падших женщин, – не жалуют. Даже разговаривать не станут.

– Ты ж летом говорила – нормально все? – удивился я.

– Политика, – прищурилась девушка и в уголках ее глаз залегли неглубокие морщинки. – Теперь никому нельзя доверять.

– Мне можно?

– Ты не продашь, – польстила моему самолюбию Катя. – Если только от чистого сердца нагадишь…

– Это сколько угодно, – чувствуя, как спадает напряжение, усмехнулся я. На подставу не похоже. Женщины, конечно, все актрисы от Бога, но просто смысла нет – весь этот огород из-за меня городить. Да и проверить слова Кати не так уж сложно. – А теперь подробности…