– Во дворы сворачивай, – морщась от боли в простреленной руке, посоветовал ему Гороховский. – Красный наверняка перекроют.

– А нам-то что? – удивился Селин. – Мы чистые…

– Замучаемся ждать, пока подкрепление перебросят, – объяснил Филипп, и Гамлет на следующем же повороте свернул с проспекта.

Немного очухавшийся Боря заворочался на полу, но Напалм ткнул его под ребра острым носком полусапожка, и Хромой сразу успокоился. Оглядевшийся по сторонам Гамлет остановил сани во дворе находившегося в запустении трехэтажного дома и, вытерев со лба пот, шумно вздохнул.

– Приехали. Дайте дух перевести.

Чего-то он бледный.

– Принц, пошли отойдем, разговор есть, – выпрыгнул я из саней.

– Чего еще? – насторожился Селин. – Давай, Скользкий, потом – нам еще Филиппа к лекарю доставить надо…

– Две минуты, – не обратил я внимания на слова Дениса и выжидательно посмотрел на Гамлета. – Ну?

– Пошли, – передав поводья Селину, направился тот от саней к углу дома. – Чего хотел?

– Че за херня, Гамлет, вообще, происходит? – подошел к нему я.

– Ты это о чем? – спокойно выдержал мой взгляд Датчанин.

– Мне не нравится, когда меня используют и делают вид, будто ничего не происходит, – без обиняков заявил я. – Что используют, мне по барабану, дело, в конце концов, житейское – на то мы и друзья. Только вот не надо невинные глазки строить и мозги мне пудрить, что у вас эта вылазка спонтанно нарисовалась.

– Что ты хочешь от меня услышать? – как-то совсем уж спокойно спросил уставившийся в землю Гамлет. Нет, с ним и вправду что-то стряслось. Может, избыточную дозу излучения хапнуть успел?

– Какого хрена вам в Коммуне понадобилось?

– Помнишь, года два назад «ультровские» амулеты появились?

– Ну.

– Выйти на их производителей так и не удалось. – Датчанин, ухмыльнувшись, неожиданно вновь взглянул мне в глаза. – Но, сам понимаешь, шила в мешке не утаишь. Кто-то сболтнул лишнего, кто-то засветился. В общем, у некоторых наших весьма информированных источников сложилось мнение, будто к этому делу каким-то боком Коммуна причастна. Никто не утверждал, что они сами эти артефакты производят, но сбыт через подставных лиц организовали – факт.

– Вам-то какое до этого дело? – Я начал потихоньку соображать, где зарыта собака.

– Нам есть дело до всего, что может принести деньги, – выдал вполне ожидаемую мной отповедь Датчанин. – Получи мы реальные доказательства, и Дружина наперегонки с Гимназией бросились бы их выкупать. А уж если бы удалось наложить лапу на технологии… Такой шанс раз в жизни выпадает.

– Подожди. – Я начал немного остывать. – Если есть такие подозрения, почему дружинники просто не перевернули там все вверх дном?

– Когда Громов из Дружины в Коммуну уходил, он в качестве отступных определенные гарантии безопасности для себя выбил. Или просто какой компромат заныкал. В общем, наедь Воевода на Коммуну, многие бы всполошились. А политическая ситуация сейчас в Форте совсем не та, при которой можно устраивать такие встряски. Тут Братство Воеводе козырного туза сдало. Теперь Громову каюк…

– Ну-ка, ну-ка, – насторожился я. – С чего ты взал?

– Поехали, Гороховского целителям закинем и спокойно все обсудим, – как-то очень уж неуклюже попытался уйти от неприятного разговора Гамлет.

– Слушай, Принц, ты же меня сто лет знаешь. Я тебе, по большому счету, жизнью обязан. Не хочешь говорить – не говори. Не девочка, не обижусь. Но если будет какое деловое предложение, все кишки вымотаю. Не из вредности, просто вслепую работать не в моих правилах. По барабану, когда меня используют, но только не тогда, когда это втемную происходит.

Гамлет махнул рукой забеспокоившемуся Селину и снова повернулся ко мне:

– Дети там были.

– Какие, в жопу, дети? – ничего не понял я.

– А те, которые пропадали, – отвернулся в сторону Датчанин. – Которые успели вырасти в этих подземельях, но так никогда больше и не увидеть небо над головой.

– Что за бред?

– Если бы бред, – скривился Датчанин. – В одном из помещений мы на лабораторию с детьми наткнулись. Меня до сих пор трясет, понимаешь?

– Да с чего ты взял, что они там постоянно находились? – Честно говоря, Гамлет меня своим настроем изрядно удивил. Как-то скис он.

– Думаешь, когда тебе в череп электроды втыкают, можно куда-то уйти? Нет, Лед, со вживленными проводами в футбол уже не погонять. Да и цепями к кроватям вовсе неспроста приковывают…