– Электроды в голову?! – не сразу поверил услышанному я. – Зачем?!

– Ты меня спрашиваешь?

– Сами они что говорили?

– А они уже ничего не говорили, перед нами команда зачистки прошлась. – Гамлет неторопливо направился к саням. – В живых никого не оставили. А там сотни полторы коек было. И некоторые на этих койках большую часть жизни провели. Мне многое видеть за последние годы доводилось, но самым страшным кошмаром будут те самые электроды. И старческие морщины на детских лицах. Подумай, Лед, над этим на досуге, подумай…

– Гамлет, – позвал я ссутулившегося парня, – вы нас до «Несущих свет» докинете? Здесь недалеко.

– А надо ли? – остановился Датчанин.

– Надо.

– Докинем, раз надо.

– Спасибо.

– Слушай, Скользкий, – вдруг резко обернулся Гамлет и указал на валявшегося в санях Хромого, – зачем он тебе?

– Нужен, – не стал ничего объяснять я.

– Сильно? – понизив голос, поинтересовался поправивший пояс Датчанин. – А то отдал бы нам…

– Помнишь, ты мне про Лешего рассказал?

– Было дело.

– В обмен мне с крючка спрыгнуть помогут.

Гамлет только покачал головой и залез на козлы. Селин передал ему поводья, и я поспешил запрыгнуть в сани. Голова пухла от мыслей, все тело ломило от мимоходом полученной дозы магического облучения, но раскисать было никак нельзя.

Ну дети, ну прикованы… Мало ли зачем…

Попытка успокоить себя оказалась тщетной, и ничего не оставалось, как выкинуть тревожные мысли из головы. Вот только Хромой так и продолжал валяться на днище, и теперь я смотрел на него совсем другими глазами. Что ж, Боря, тебе придется наизнанку вывернуться, просто для того, чтобы остаться в живых. Ни за что не поверю, будто ты не в курсе происходящего был…

Сани начали петлять по дворам пятиэтажек, и вскоре я даже примерно не представлял, где именно мы находимся. Гамлет же был совершенно спокоен и только один раз, когда впереди показался нерасчищенный от снега участок дороги, негромко процедил сквозь зубы ругательство. Пришлось разворачиваться и направлять сани в объезд. Минут через десять блужданий по узеньким улочкам мы миновали дом со свежевыкрашенным щитом парикмахерской «Мишель», ржавой вывеской магазинчика «Овощи-Фрукты» и намалеванным на фанерном щите синим мамонтом и выехали к перекрестку, на котором находилась резиденция «Несущих свет».

– Спасибо! – напоследок поблагодарил парней я и не без помощи Напалма выволок Хромого из саней. – Увидимся еще.

– Обязательно, – кивнул Датчанин и взмахнул поводьями.

Проводив взглядом сани, я оставил Хромого валяться на снегу и подошел к воротам. Потянулся к колотушке и замер – легкий ветерок донес явственный запах Севера. Что за дела?

– Напалм, ничего не чувствуешь? – обернулся к пироманту я.

– В смысле?

– Запах.

– У меня насморк, – шмыгнул заложенным носом парень.

– Проходите уже. – Видимо, караульному надоело дожидаться стука, и он по собственной инициативе распахнул ворота. Ан нет – за спиной дородного парня в коричневом балахоне, лицо которого закрывала ватно-марлевая повязка, маячил чем-то озабоченный Олег.

– Куда нам? – уточнил у него я, на пару с Напалмом затаскивая в ворота Хромого.

– Кто такой? – кивнул на нашего пленника сектант.

– Гость, – усмехнулся я и во все глаза уставился на флигель, стены которого уродовали серо-зеленые пятна жгучей плесени. – Это что еще за напасть?

– Не обращай внимания, СЭС уже территорию обработала.

– Да? – засомневался я. Первый раз вижу, чтобы жгучая плесень вот так ни с того ни с сего разрасталась. Ну за городской стеной еще куда ни шло, но не в Форте же! – А чего тогда все в масках ходят?

– Я же не в маске, – не стал отвечать на мой вопрос Олег и указал на флигель. – Тебя ждут.

– А…

– Сам в гостевую провожу, – с полуслова понял меня сектант и язвительно поинтересовался у Напалма: – А на ноги вашего гостя ставить не пробовали? Или таскать его – это ваша принципиальная позиция?

– Подымайся. – Пиромант легонько пихнул ногой Хромого и, достав из пачки сигарету, запалил щелчком пальца. На Олега, впрочем, этот фокус особого впечатления не произвел.

– Если начнет вопить, успокой его, – предупредил я Напалма и направился к заросшему плесенью флигелю. Неужели в том самом пробое энергии дело? Одно странно – плесень разрослась только на флигеле, сам особняк чистенький стоит.

Входная дверь пристроя оказалась распахнута настежь и заблокирована подсунутым под низ поленом. Причем толстые доски перекосило, словно они несколько дней отмокали в воде. Пахло чем-то затхлым и, как ни странно, озоном.