К шести часам вечера «Джеймс Кук» приблизился к берегу на траверзе бухты Ваймах и на долготе маленького порта Опунаке. На горизонте появились тучи, и капитан приказал зарифить паруса. [55] Это была необходимая в тех местах предосторожность, ибо порывы ветра здесь столь же сильны, сколь внезапны. Поэтому по вечерам матросы зарифляют паруса, чтобы не оказаться застигнутыми врасплох.

И бриг действительно прилично качало до утра. Он, должно быть, ушел на несколько миль в открытое море после того, как заметил огни мыса Эгмонт. С рассветом он вновь приблизился к суше, от которой мистер Джибсон не хотел отдаляться, и прошел вблизи Нью-Плимута, одного из важных городов Северного острова.

Ветер за ночь значительно посвежел. Стало прохладнее. Не удалось поднять брамсели, убранные накануне, и мистер Джибсон должен был довольствоваться марселями. Бриг со скоростью двенадцать миль в час шел, наклонившись на правый борт, подбрасываемый мощной волной. Иногда волна ударяла в борт, обрушивая на нос потоки брызг. Иногда форштевень зарывался так, что нос корабля исчезал под водой.

Но ни бортовая, ни килевая качки нимало не смущали мистера Хаукинса и Ната Джибсона. Оба уже достаточно много плавали и привыкли ко всему, а морской болезнью они не страдали. Они с наслаждением вдыхали живительный морской воздух, наполняя им легкие. Одновременно они не спускали глаз с береговой линии, с удовольствием созерцая бесконечное разнообразие поселений западного берега.

Этот берег гораздо более любопытен, чем Южный остров. Ика-на-Маун это название на полинезийском языке означает «Рыба Маои» — городок этот гораздо богаче бухтами, впадинами и портами, чем Тауай-Пунаму. Название Тауай-Пунаму индейцы дали озеру, в котором они собирают зеленый нефрит. С моря открывается вид на горную цепь, покрытую зеленью, она занимает всю внутреннюю часть острова, средняя ширина которого около тридцати лье. В целом площадь Новой Зеландии не меньше Британских островов. [56] Соединенное Королевство [57] владеет как бы второй Британией у своих антиподов в Тихом океане. Только Британию отделяет от Шотландии река Твид, тогда как острова Северный и Южный разделяются морским проливом.

С того момента, как «Джеймс Кук» покинул Веллингтон, шансы на захват судна сильно уменьшились, о чем не переставали сокрушаться Флиг Балт и Вэн Мод. И сегодня, пока Хаукинс, капитан и Нат Джибсон завтракали в рубке, они возобновили этот разговор. Вэн Мод стоял за штурвалом, и вахтенные матросы на носу не могли их услышать.

— Проклятый сторожевик! — неустанно повторял Вэн Мод. — Все испортил! Двадцать четыре часа этот сатанинский корабль болтался у нас на траверзе! Если его командира когда-нибудь отправят на виселицу, я сам затяну для него петлю! Если бы не он, «Джеймс Кук» уже давно бы избавился и от капитана, и от матросов! И давно был бы в Восточных морях с хорошим грузом для Тонга или Фиджи…

— Все это одни слова! — заметил Флиг Балт.

— Каждый утешается как может!

— Вопрос в том, — продолжал боцман, — не откажемся ли мы теперь от нашей затеи…

— Никогда! Лэн Кэннон и остальные и слышать об этом не захотят! Они давно бы сбежали в Веллингтоне, если бы могли предположить, что бриг спокойно вернется в Хобарт! Ребята хотят плавать для собственной выгоды, а вовсе не мистера Хаукинса!

— Все это… слова, — снова повторил Флиг Балт, пожав плечами. — Можно ли надеяться, что представится еще случай?

— Да! И еще раз да! — закричал Вэн Мод, которого безумно злило уныние боцмана. И мы сможем им воспользоваться! И пусть это не сегодня, не завтра, пусть позже… В этой папуасской стране, где одни горы и нет полиции! Предположим, например, что судовладелец, молодой Джибсон и пара матросов не вернулись вечером на корабль и неизвестно, что с ними… А бриг снимается с якоря, не правда ли?

Весь разговор происходил шепотом, но когда Флиг Балт в третий раз произнес свое унылое: «Слова все это, одни слова», Вэн Мод страшно выругался, и так громко, что мистер Джибсон, услыхав его, появился в дверях.

— Что случилось?

— Ничего, мистер Джибсон, — ответил Флиг Балт, — просто качнуло так, что Вэна Мода чуть не швырнуло на палубу.

— Думал, меня перебросит через релинги! — добавил матрос.

— Ветер сильный, и море трудное, — сказал мистер Джибсон, бросив быстрый взгляд на паруса брига.

— Ветер вроде потянуло к востоку, — заметил Флиг Балт.

— В самом деле, Мод, возьми к берегу.

Приказание тут же было выполнено, и мистер Джибсон спустился в рубку.

Эх, прошептал Вэн Мод, если бы вы командовали «Джеймсом Куком», он бы не поддавался ветру, а держался круче…

— Да, но не я капитан! — ответил Флиг Балт и пошел на нос корабля.

«Он будет им, — повторял про себя Вэн Мод. Надо, чтобы он стал им… или пусть меня повесят!»

В тот день киты попадались значительно реже, чем накануне, поэтому китобоев встречалось немного. Впрочем, охота шла в основном вдоль восточного берега, со стороны Те-Ароха и в бухтах острова Тауай-Пунаму. И все-таки море не было пустынным. То и дело проходили каботажные суда с севера на юг и с юга на север. После полудня, уже потеряв из виду вершину горы Уаре-Орина, которая подходит к самой воде и возвышается на две тысячи футов, «Джеймс Кук», по-прежнему при попутном ветре, прошел мимо портов Те-Куити и Те-Авамуту. [58] В это время туда входила флотилия рыболовных судов, которые не могли больше оставаться в открытом море.