— Мужики! — послышалось от подъезда. — Квартира двадцать два здесь?

— Не знаем, — глухо отозвался один из преследователей. — Мы здесь не живем.

— А какого хрена здесь торчите? — весело удивился спрашивающий.

— Двадцать вторая твоя, — прошипел Жанне на ухо «спортсмен». — Наверное, от братца пришел. Зови его. — Он подтолкнул женщину к двери.

Вытерев лицо и оглядываясь на стоявших в подъезде, она вышла на улицу. Высокий стройный мужчина с солдатским рюкзаком за правым плечом всматривался в табличку с фамилиями жильцов.

— Извините, — громко обратилась к нему Жанна. — Вы спрашивали квартиру двадцать два?

— Точно, — обрадованно кивнул он. — А вы…

— Уходите, — еле слышно прошептала женщина. Он вгляделся в ее напряженное лицо.

— А меня Эд, — вдруг громко представился мужчина. — Точнее — Эдгар. И фамилия чудесная…

— Уходите! — крикнула женщина.

Стоящие у подъезда бросились к ней. Эд с коротким выдохом встретил первого сильным ударом ноги в живот и, повернувшись, врезал второму каблуком. Из подъезда выскочили парни. Отбив удар одного, увернувшись от выкинутой руки второго, Волконский мощным ударом ноги сместил одному из противников колено. Тот заорал и рухнул на асфальт. Пропустив над собой брошенную в ударе ногу второго, Эд коротко ткнул его кулаком в пах. Отскочив к стене, Жанна широко раскрытыми глазами смотрела на драку. Выбежавший из подъезда «спортсмен» увидел лежащих приятелей и выхватил пистолет. Вцепившись в его руку, женщина не давала ему вскинуть оружие. Звонко хлопнул выстрел. Срикошетив от бетонной площадки подъезда, пуля взвизгнула и ушла в сторону. Эдгар ударом локтя в висок свалил «спортсмена».

— Бежим! — схватив женщину за руку, крикнул Волконский.

Вырвавшись, она сильно пнула лежащего «спортсмена» ногой. Из окон слышались громкие, встревоженные голоса. Какая-то женщина требовала вызвать милицию. Подмигнув Жанне, Эдгар поднял пистолет и дважды выстрелил в песочницу. Крики, как по команде, моментально стихли. Схватил Жанну за руку и потащил ее к выходу со двора.

— Куда вы меня тащите? — Она вырвала руку и остановилась.

— Сейчас ЧК нагрянет, — поглядывая на въезд во двор, нетерпеливо проговорил Эдгар. — Надо ноги делать!

— Кто вы? — тихо спросила Жанна.

— Эдгар Робертович Волконский, — неожиданно важно представился он и, не выдержав, рассмеялся.

— Ты чего? — опешила она.

— Прогресс, — вслух отметил мужчина. — Сначала на «вы», теперь на «ты». Давай на этом и остановимся, — предложил он.

Во двор влетела легковая машина. За ней милицейский «рафик».

— За мной! — Волконский схватил растерявшуюся женщину за руку и затащил ее в ближайший подъезд.

— Значит, они идут вдвоем, — прикурив, Нина тут же положила сигарету в пепельницу. — Неужели сумели договориться?

— Вряд ли, — с сомнением сказал атлет. — Скорее всего, просто деваться некуда. Вдвоем им сейчас удобнее. Ведь крови они пролили… — Он усмехнулся. — Ориентировки — как сводки с поля боя! Чувствуется, Псих в ярости. Ох, и начнется здесь, если он сумеет до столицы добраться!

— Думаешь, не перехватят его в Кирове? — насторожилась женщина.

— Мне кажется, не пойдет он с Лютым, — ответил Вячеслав. — Не дурак же он в конце концов. Лютому осталось сидеть три с небольшим года, а он с боем бежит из колонии. И убивает, убивает! Интересно, на что сам Дубов рассчитывает?

— Не знаю, — покачала головой Дьячкова.

— А твой папуля случайно не пообещал ему выезд за рубеж? — Атлет пристально взглянул на нее.

— Послушай, Кралин! — вспылила она. — Ты на что намекаешь?!

— Я не намекаю, — усмехнулся Вячеслав. — Мне действительно интересно. — Он встал, подошел к женщине и прошептал: — Я люблю тебя. — Его руки обняли ее, а губы слегка коснулись шеи. — Слышишь? Я люблю тебя.

— Слава, — порывисто обняв его сильные плечи, простонала она. — Зачем ты мучаешь меня? Ведь ты знаешь: пока отец жив, все будет по-прежнему!

— Слушай, — переводя дыхание после долгого поцелуя, спросил Кралин, — ты, как и твой отец, Дьячкова. А отчество не его. Почему?

— Он хотел сына, — усмехнулась Нина. — А родилась я. Фамилию дала мне мать, а отчество… — она горько улыбнулась, — по имени врача, который роды принимал. Вот и стала Павловна.

— А Тоня, блондинка, кто она?

— Шлюха! — воскликнула Дьячкова. — Уже два года в любовницах у отца. Мы с ней знакомы еще по институту. Даже какое-то время подругами были, — поморщилась она. — На четвертом курсе она попалась с чем-то. Вроде спекуляция какая-то. Из института ее отчислили. Правда, какое-то время работала медсестрой в колонии для несовершеннолетних. По блату кто-то пристроил. Но и оттуда выгнали. В Москве Спицу заметил один делец. Увез в Ялту. Работала там в варьете официанткой. Там и встретилась с отцом. — Нина с силой сжала кулаки. — Тут и начались наши постоянные стычки. Редкий раз без драки обходится. Я когда-нибудь придушу ее.

— Мечтать не вредно, — раздался насмешливый голос блондинки.

Обернувшись, Дьячкова увидела в дверях улыбающуюся Спицину.

— Интересно, — со смехом спросила Спицина, — это кого же ты так ненавидишь, что мечтаешь придушить?

Нина рванулась к ней.

— Опять?! — загремел злой голос Старика.

Тоня с усмешкой смотрела на растерянно остановившуюся противницу.

— А ты чего здесь делаешь? — увидев испуганно вскочившего Кралина, обрушил на него свой гнев Дьячков.

— К сестре… — начал было тот.