— Мы до Кирова будем любовью заниматься? — насмешливо спросила Алла. — В этом, конечно, есть своя прелесть, но если нам обеим, — она кивнула на Гольских, — один нравится. Как тогда?

— У тебя одно на уме, — не преминула ее поддеть Нонна. Алла сказала:

— Я и с обоими управлюсь. Тем более что, как говорит твой муженек, ты фригидна!

— Заткнись! — угрожающе придвинулась к ней Нонна.

— А ты мне рот не затыкай! — дернулась ей навстречу Алла.

— Хватит! — рявкнул Псих. Обе послушно замолчали.

Услышав гудок тепловоза и увидев красный глаз светофора, Псих подмигнул подельнику. На станцию с лязгом вполз товарный состав. Смирнов выругался:

— Один лес везут, суки! — Заметив в середине остановившегося товарняка три открытых вагона, хлопнул по плечу Лютого и, пригибаясь, побежал через рельсы.

Женщины почти сразу потеряли его из виду.

— В какой вагон он сел? — спросила Нонна.

Дубов, усмехнувшись, обняв ее за плечи, пригнул почти до земли.

— Видишь между платформами с лесом три открытых вагона?

Всмотревшись в смутно вырисовывающийся на фоне темнеющего неба товарный состав, Гольских утвердительно кивнула.

— Беги к среднему. Увидишь скобы железные, лезь наверх.

— Она раздеться забыла, — вполне серьезно сказала Бочарова.

— Вперед, — не обращая на нее внимания, Лютый легонько толкнул Нонну.

Та вскочила и, перепрыгивая через рельсы, побежала к товарняку. Остановилась у среднего вагона, взялась руками за скобы. Проследив за ней взглядом и увидев, что она сделала все правильно, Лютый наклонился к Алле:

— Теперь ты. Добежишь…

— Я все слышала, — спокойно сказала Алла. — И все поняла.

Она побежала к вагону. Подпрыгнув, уцепилась за нижнюю скобу руками и встала на колесо. Потом сумела подняться на металлическую раму вагона и быстро полезла наверх.

Лютый, сунув пистолет за ремень, полез следом. Достигнув верха, Бочарова перевалилась через край вагона и опустилась на деревянные плиты.

— Это ничего, что мы одеты? — с улыбкой спросила она Психа.

— Я думал, в вагоне торф или песок, — ответил он. — Тогда лучше без одежды. А то потом все пялиться будут. В общем, видок будет еще тот.

— Почему? — удивилась Бочарова.

— Во-первых, запах, — сдержанно сказал Смирнов.

— А во-вторых? — моментально спросила Бочарова.

— Да иди ты! — огрызнулся Псих.

— Я лучше лягу, — вытягиваясь на гладкой плите, заявила она.

— И как тебя муж терпит? — удивленно посмотрел на нее Лютый.

— Понимаю! — засмеялась Бочарова. — Вопрос задан только для выяснения моего семейного положения. — Она лукаво посмотрела на растерявшегося Дубова. — Отвечаю: можешь смело ухаживать, ибо я от брачных уз совершенно свободна!

— Я бы удивился, если бы ты была замужем, — вполне серьезно сказал Смирнов.

— Это почему же? — удивилась Алла.

— Да ни один мужик, если он не идиот, не возьмет тебя замуж. Уж лучше в тюрьме сидеть.

— Благодарю за скромную оценку моих талантов, — засмеялась она. — Но смею вас заверить, что так думают далеко не все. — Ее лицо внезапно помрачнело. — Точнее, мне казалось, что кое-кто так не думает, — оставаясь верной себе, попыталась пошутить Бочарова. Но всем стало ясно: она здорово расстроена.

Некоторое время все молчали, думая каждый о своем. И эта пауза спасла их: неожиданно они услышали приближающиеся негромкие голоса.

— Какого хрена здесь ходить? — послышался молодой ломающийся голос. — Так они здесь и нарисовались! А если и появятся — их двое, и нас тоже двое! Прихлопнут, как комаров, и все!

— Да тише ты! — сердито прервал другой голос. — Пройдем до конца. Встречный проедет — назад потопаем.

Снизу послышались тяжелые шаги двух человек. Коснувшись подельника, Лютый кивнул вниз и резко провел ладонью по горлу. Смирнов отрицательно покачал головой. Послышался длинный гудок подходящего к станции встречного поезда.

В комнате, оборудованной, как спортивный зал, громко звучала ритмичная музыка. Софья в смелом купальнике, с придерживающей густые волосы широкой лентой на лбу, выполняла быстрые, напоминающие танец упражнения. Вошел Бочаров. Недовольно посмотрев на жену, что-то крикнул. Его голос утонул в грохочущем ритме ударника. Прыжком расставив длинные сильные ноги в стороны, подняв руки вверх, женщина повернулась в такт музыке. Увидев мужа, тряхнула волосами, выключила магнитофон.

— Я сколько раз тебя просил делать музыку тише, — устало проговорил Кирилл Семенович. — А еще лучше выполняла бы свои упражнения под плейер.