Этот когда-то покрытый рощами форпост Венеции был преградой не только для водной стихии, но и для врагов. Название Лидо теперь вызывает представление о модных пляжах, дорогих отелях, праздничной толпе. В прошлом курорт служил военным целям.

В 1202 году здесь были разбиты лагеря тридцати тысяч крестоносцев, отправленных затем в Четвертый крестовый поход. В XIV веке, во время войны с Генуей, Лидо превратился в крепость.

В XVI веке она была отстроена заново и готова к отражению нападения со стороны Турции. Но это не означает, что город был только военной крепостью. Сюда приезжали венецианские вельможи, прибывающие в Венецию почетные иностранные гости.

Здесь, в Лидо, когда-то происходила уже описанная нами торжественная церемония обручения дожа с Адриатическим морем. Этот праздник возник в XII веке, когда произошло успешное завоевание Венецией Далмации. В церемонии обручения, проводимой ежегодно в течение нескольких столетий, символично отразилось владычество Венеции над морем.

Дож с парадной свитой прибывал в Лидо на буцентавре и бросал в море кольцо со словами: «Обручаемся с тобой, о море, в знак истинного и вечного владычества».

В XIX веке не было дожей, ушел в прошлое и праздник. Грозные когда-то укрепления были разрушены, а бывшая «королева Адриатики» оказалась во власти французов, а затем — австрийцев.

Пустынный и тихий Лидо стал романтическим убежищем для поэтов. Здесь бывал Байрон и Шелли, Мюссе и Готье. Венецианцы любят упомянуть, что Байрон однажды проплыл 4 км от Лидо до канала Гранде. Впоследствии пловцы на этой дистанции стали оспаривать право обладать «кубком Байрона».

За несколько последних десятков лет Лидо превратился в современный город с многочисленными домами, дворцами и улицами, отелями и виллами. Прекрасно оборудованные пляжи привлекают многочисленных туристов, особенно во время Венецианских кинофестивалей, которые проводятся здесь с 1929 года.

Венецианские кинофестивали устраиваются летом и осенью. Проходят они в красном здании Дворца кино, оборудованном на 1500 зрителей. Есть еще большой кинотеатр «Арена» на 25 000 мест, расположенный возле Дворца кино. Важность проводимых здесь кинофестивалей подтверждает тот факт, что в 50-60-х годах XX века дельцы из Америки хотели превратить Венецию в штаб-квартиру Голливуда в Западной Европе.

Но очень интересны и старые районы, особенно в северной части Лидо. Здесь можно увидеть остатки форта — единственного сохранившегося древнего укрепления.

На маленьком островке в лагуне возвышается крепость Санта-Андреа. Она была воздвигнута в 1543 году архитектором Санмикели и почти не пострадала от войн. Были сделаны лишь небольшие перестройки и изменения в 1570–1571 годах, которые не повлияли на стиль здания. Это сооружение интересно своей монументальностью и строгой архитектурой и вполне соответствует своему назначению. Оба укрепления прикрывают вход в лагуну через пролив Сан-Николо.

В этой части Лидо находится один из аэропортов Венеции. Здесь же, на берегу лагуны, стоит церковь Сан-Николо с незаконченным фасадом и старый монастырь, при котором находится нечто вроде школы с профессиональным обучением. Она готовит типографов, радиомонтажников и обучает другим специальностям.

Церковь и монастырь много раз перестраивались, в них сохранились отдельные части, относящиеся к XIV–XVI векам, а некоторые — к IX столетию.

Южнее этого комплекса расположено тихое место, территорию которого занимает протестантское кладбище. На нем хоронили английских консулов, прибывающих в Венецию с дипломатической миссией. Здесь же находится окруженное кипарисами еврейское кладбище, существующее с XVI века.

Дальше начинается самый роскошный район Лидо с площадью Санта-Мария Элизабета. Он расположен на берегу лагуны, и сюда причаливают суда, прибывающие из Венеции.

Прямо к морю ведет улица Санта-Мария Элизабета. Она заканчивается Пьяццетой Бучинторо, с которой открывается блистательная панорама Адриатики и знаменитых пляжей Лидо. Пляжи имеют чисто функциональное значение, но кажутся чересчур правильными с бесконечными рядами белоснежных кабинок, расположенных рядами лежаков.

На берегу возвышается самый помпезный отель в псевдомавританском стиле, где, как удачно выразился один из писателей, «собирается международный снобизм, чтобы отпраздновать свой эфемерный триумф».