— Не знаю, хранители, судьи… Охранники? Защитники? Свидетели Познания Вселенной?

— Не надо ерничать.

— Но ведь за мной кто-то следил, и не думаю, что это был ты!

— Откуда ты знаешь?

— Я чувствую.

— Твоя бабушка со стороны матери ничего особенного тебе не рассказывала?

— Нет.

— Давно вы виделись?

— Очень, — призналась девушка.

— Ты в Мексике. Земли уичолов лежат не так далеко. Вдруг ты найдешь там ответы, которых у тебя нет.

Действительно, об этом она не подумала.

— Ты ведь мостик к звездам, ты это понимаешь? — вздохнул Давид. — Дочь одной из них и землянина.

— А две другие — разве нет?

— У них нет отца, который был бы археологом и всеми силами пытался найти любимую жену.

— Мне хотелось бы познакомиться с одной из этих сорока девяти женщин.

— Отсюда ближе всего дочь бури, которая живет в Медельине, в Колумбии. Мы с ней хорошо знакомы. Можно съездить туда. Обернемся за пару дней, если ты считаешь, что это что-то даст.

— Вот так, запросто?

— Если у тебя есть инстинкт, который подсказывает…

Но у нее было еще и то, что ее отец сказал Бартоломэ Сигуэнсе.

Чичен-Итца.

— Поспи немного, — предложил Давид.

— А ты будешь здесь, что ли?

— Я остановился неподалеку. Могу пока собрать вещи, а через часок вернусь.

— Через пару, а еще лучше — через три.

— Годится. — Он встал. — Я не думаю, что твой отец в Паленке, хотя и не представляю, кто мог его увезти и куда. Ну ничего, слетаем в Медельин, может, это поможет.

Он задержал на ней взгляд.

— Слетаем, — подтвердила она.

Давид Эскудэ улыбнулся.

— Спасибо, что доверяешь, ведь я — единственный, кто у тебя есть, — сказал он.

— Не то чтобы доверяю, — отрезала она. — Но ты действительно единственный, кто у меня есть. А теперь оставь меня, хорошо?

Едва неожиданно объявившийся «соратник» скрылся за дверью, как Джоа соскочила с кровати, намереваясь не терять ни минуты.

Она собрала вещи отца и без всякого порядка, заботясь лишь о том, чтобы не помять и не порвать, сложила бумаги в папку. Кинула в дорожную сумку одежду.

Менее чем за двадцать четыре часа два разных человека рассказали ей одну и ту же невероятную историю.

И ответы на ее вопросы были не за тридевять земель, а в этой стране — в Мексике, в той ее части, где живут уичолы.

Но прежде… Чичен-Итца.

Как и в Паленке, там придется действовать на ощупь… но что ей еще оставалось?

Только полагаться на свой инстинкт.

В голове постоянно звучал голос Николаса Майораля: «Вероятно, вы обладаете способностями — умственными и физическими, — о существовании которых пока даже не подозреваете».

Если это так…

Она вышла из комнаты, не оглядываясь. Для завзятых путешественников, а Джоа, сопровождая отца в многочисленных поездках, уже стала таковой, нет ничего более тягостного на свете, чем окидывать прощальным взглядом временное пристанище, которое остается позади и куда они, вероятнее всего, никогда уже не вернутся.

Еще только светало, но не только она была на ногах.

— Уезжаете? — с нескрываемым удивлением спросила госпожа Адела.

— Да, к сожалению.

— И не пойдете в полицию?

— У меня нет времени, и раз они до сих пор ничего не предприняли…

— Что-то случилось?

— Нет, но у меня появилась зацепка.

— Дай бог вам удачи.

Хозяйка «Шибальбы» приветливо улыбнулась.

— Вы были очень любезны, — поблагодарила Джоа.

— Вы вернетесь?

— Не знаю, — призналась она.

— Если найдете отца или он сам объявится, дайте нам знать.

— Конечно, обязательно.

— Ваш отъезд не связан с молодым человеком, который вышел незадолго до вас?

— Вы видели его прежде? — Джоа уклонилась от ответа.

— Нет.

Джоа пожала плечами в знак того, что тема закрыта. Женщина протянула ей руку.

— А счет?..

— Все оплачено, я же вам говорила. А если б даже не так, о чем речь — вы тут были-то всего две ночи. Все в порядке.

— Спасибо.

Джоа подхватила сумку и вышла на улицу в сопровождении Аделы. Убедившись, что поблизости никого нет, в том числе и в первую очередь — Давида Эскудэ, уложила в багажник вещи и папку с бумагами. Дело оставалось за малым.