Шрифт:
– Ты что, Валера! – заорали работяги и двинулись на расхлябанного. – Ты же убил его!
– Я защищался! – кричал Валера, пятясь от работяг. – Если б не я его сейчас, то он бы меня потом… Он борец, мастер спорта, он сильный! Я защищался!
Выставив перед собой нож, Валера оскалился. Подлая улыбочка не сходила с его тонких губ.
Донской склонился над Рыжим. Геолог был мертв. В открытых глазах его застыло удивление ребенка.
Потом…
Потом Валеру привели в контору к Блюму. Глеб выступал перед начальником экспедиции как свидетель.
– Илья Борисович! Я все видел! Врет он, что защищался! Я видел, как он сзади, подло, в спину!
– Успокойся, Глеб! Валера говорит, что покойный угрожал ему расправой. Он ведь ударил его? Ведь ты упал, Валера?
– Так точно, Илья Борисович! – ответил Валера, сидя на стуле в кабинете Блюма, наполненном людьми.
– Нет, не так было! – не унимался Донской. – Следователю я изложу точную картину убийства!
– Всех попрошу очистить помещение! – Блюм повернулся к толпящимся и стал вытеснять их в коридор. – Естественно, свидетели будут давать показания следователю. Он прилетит послезавтра. Кстати, все и свидетели, и соучастники кажется, под градусом?
– А как же, Илья Борисович, ведь праздник, сами знаете! – загудели работяги.
– И ты, Глеб, тоже… не в себе. Еле на ногах стоишь! Мало ли что тебе привиделось! А только Валеру Березу я знаю не год и не два. Я ему верю! Следствие, конечно, разберется, что там произошло… но только человека уже не вернуть! По-моему, произошел несчастный случай. Слышите? Несчастный случай! А иначе вы, мужики, загремите вместе с Валерой лет этак на пять каждый, за пьяную драку с поножовщиной. Все понятно? – Илья Борисович строго посмотрел на хмурых работяг. – Несчастный случай! Так будет лучше для всех!
– Но ведь он убил его! – закричал Глеб.
– Молчать, щенок! – сверкнул глазами Илья Борисович и зашипел: – Или ты хочешь посадить всех этих мужиков за решетку, а сам вылететь из университета в армию с волчьим билетом?!
Донской выходил из кабинета последним. Он был потрясен.
Отойдя на несколько шагов, он обернулся и увидел, что не закрыл дверь. Пришлось вернуться. Перед тем как прикрыть дверь, Донской заглянул в щель: в кабинете оставались Блюм и Валера, который должен писать объяснительную. Однако не писал, а смотрел на Блюма и улыбался своей гадкой улыбочкой. Донского поразило то, что и Блюм… улыбался. Одними глазами.
На следующий день Глеб попытался попасть в комнату убитого. Он хотел отыскать там обещанную ему папку с результатами анализов. Донской вошел в барак, стал подниматься по лестнице… и тут столкнулся с Березой.
Тот спокойно спускался вниз с сумкой в руках. Глеб остолбенел. Валера проскочил мимо Донского, оттерев его плечом к стене, и, весело насвистывая, исчез за дверью.
Дверь комнаты Рыжего была опечатана. Из-под бумажки с печатью и неразборчивой подписью стекала кайля клея.
Донской не мог прийти в себя: убийца разгуливал на свободе, да еще, кажется, опечатывал имущество своей жертвы…
– Оставь ты это дело, Глеб, – мрачно сказали работяги – свидетели убийства, придя поздно вечером к Донскому в общежитие. – Пусть будет несчастный случай. Рыжего не вернешь. А нас, сам знаешь, Блюм с Березой могут в тюрягу упрятать…
Береза всю дорогу держал связь с летчиками. Когда они обрадовали его, что нашли вездеход с беглецами, начальник дружины тут же отпустил большую часть своих людей на тягачах и автомобилях в Поселок, который нельзя было надолго оставлять без присмотра. Пара вездеходов еще раньше отделилась от них и занялась поисками четверки косых, растворившейся в тундре.
– Ты видел, что они сделали с вертаком? Смотри не подлетай близко, сразу бей! – кричал Береза летчику. – Игры закончены.
С Березой остались только пассажиры джипов. Помимо Березы, Дудника, Витька и Ваньки-зверя, группу составляли еще восемь человек, ехавших во втором джипе, четверо – уцелевшие стрелки из отряда Мякиша. Где-то сзади надрывался автомобиль Прони: начальник милиции силился догнать Березу.
Джип Березы вылетел из-за сопки на открытое пространство, и пассажиры замерли.
– Ну, водила! – хрипло выдохнул Береза, и лицо его налилось кровью. – Откуда он взял стингеры?
Всем, кто был в головной машине, представилась картина крушения.
Дымящаяся машина лежала на боку среди черного ковра обгоревших мхов. Громадный винт отломился при падении и вспахал тундру до мерзлоты. Рядом с обугленными пеньками деревьев валялись какие-то истлевшие лохмотья. Это были останки экипажа вертолета, выброшенные взрывной волной из его стальной утробы. Береза во все глаза глядел на пятнистую материю комбинезонов и клочья летных курток.