Васлиш задумчиво глядел на меня, своим видом показывая, что бой закончен. Я печально вздохнул, так как только начал входить во вкус. Еще десяток часов подобного спарринга и я бы с уверенностью сказал, что полностью овладел новой техникой. Разумеется, без специфических приемов, которые остаются секретами любого воина.

— Скажите, что это за стиль боя? — спросил я у задумавшегося Васлиша.

— Гамийская техника. А ты разве ее не знаешь? — удивился мастер.

— Первый раз вижу, — ответил я.

— Но мне показалось, что твои движения очень похожи на нее, особенно под самый конец поединка.

— Это я просто постарался скопировать ваши, — улыбнулся я.

— Скопировать? Но ведь для постижения этой техники нужны года, а ты смог сражаться со мной на равных, хотя поначалу я подумал, что шлифовка твоим навыкам не помешает, уж больно неровными были все твои связки. Как у тебя вышло? Я пожал плечами и ответил:

— Сначала я запомнил все применяемые вами приемы, потом перенес их на свои мышцы и добавил несколько своих каркасов. Вот только пока я не вспомнил песню, никакого результата не было. Мастер выглядел ошеломленным, а потом настойчиво попросил:

— Поклянись, что ты никогда раньше не изучал Гамийский бой.

Мне было совершенно несложно это сделать, поэтому я попытался успокоить мастера:

— Клянусь кровью, что до сегодняшнего дня я не знал о существовании Гамийской техники и никогда не сталкивался с противниками, ею владеющими.

— Невероятно! — выдохнул Васлиш. — Постичь главный принцип всего за пять минут тренировки!

— Я быстро учусь, — улыбнулся я, слыша его искреннее изумление.

— Но скажи, почему ты не применял Рассветную технику, а копировал мою? — спросил мастер.

— Но ведь это был не реальный бой, и даже не дуэльный поединок, поэтому я просто решил не терять времени и чему-нибудь у вас научиться. Мастер кивнул и заявил:

— Хорошо, но давай теперь сравним разные техники. Мне самому интересно посмотреть, чего я стою против мастера-рассветника.

Я кивнул и подошел поближе, предлагая Васлишу нападать. Он опять попытался отвлечь меня обманным движением ног, затем провел несколько ударов в корпус, но я заблокировал один из них, потом ударил костяшкой пальца левой руки в особую точку на локте, заставив мастера отвлечься на острую боль, а потом скользнул вперед, уводя вторую атакующую руку Васлиша, и дотронулся пальцем до его шеи. Шаг назад, разрывая дистанцию, и я опять стою напротив мастера, расслабленный и готовый к моментальному ответу. Бой был закончен всего за секунду, мастеру не помогла его техника. В этом все преимущество Рассветной школы — ее выпускники просто не дают продемонстрировать своим противникам все свои сильные стороны, а просто убивают их.

— И что? — спросил мастер, массируя онемевшую руку.

— Вы условно мертвы, — ответил я.

Васлиш дотронулся до шеи и недоуменно посмотрел на меня, поэтому я счел нужным пояснить:

— В реальном бою этот удар, доведенный до конца, вырвал бы вам сонную артерию, ну а на противоходе лишил бы зрения, чтобы ваша агония не могла стать существенной угрозой.

А как же! Мастер Лин гонял меня основательно и всегда говорил, что даже после смертельных ударов тренированный человек не умирает сразу. И даже у бойца с пробитым сердцем есть еще несколько секунд, а во время боя — это целая жизнь. Поэтому вырванная сонная артерия не гарантирует моментальное избавление от противника, а только говорит о наступлении его смерти в течение следующих трех секунд, отчего следующим ударом в глаза мастер заставляет его потерять ориентацию и больше уже не представлять собой реальную угрозу.

— Благодарю, — слегка поклонился мне Васлиш. — Я понял, что моя техника еще не так совершенна, как мне всегда казалось. Мастер, не могли бы вы мне дать несколько уроков в свободное от занятий время? Отметив смену и его тона и эмоционального фона, я ответил:

— Только с одним условием — вы также научите меня искусству Гамийской техники.

— Договорились, — краешком губ улыбнулся Васлиш. — Когда и где?

— Когда у меня есть время, я обычно тренируюсь по утрам. Думаю, при учебе в Академии мне будет хватать часа перед сигналом колокола. Если вы посоветуете мне место, где никто не будет мешать, то я буду только рад потренироваться в хорошей компании.

— По утрам этот зал всегда свободен, — сказал мастер. — Завтра я буду ждать, а сейчас вы не продемонстрируете мне технику владения мечом?

Я кивнул, все еще чувствуя адреналин в крови и удовлетворение от хорошей схватки, а сам подумал, что я начинаю все больше входить в образ непобедимого, непогрешимого… ну и полстраницы подобных «не». Надо же, «обычно тренируюсь по утрам»! Вспомнить бы, когда это «обычно» было в последний раз… Пока я занимался самобичеванием, мастер взял со стенда два меча и кинул один из них мне. Я проверил длину, покрутил его в кисти и поморщился. Неудобный, прямой, как палка, с короткой несбалансированной рукоятью, да и весит раза в два больше моих. Но Лин научил меня сражаться любым подручным материалом, поэтому я только посмотрел на заточку и еще раз кивнул.

В этот раз бой продлился недолго. Я уже знал Гамийскую технику, поэтому мне не составило труда сперва переложить ее движения на оружие, а потом плюнуть и действовать в своем стиле. Просто для боя на мечах эта техника не подходила совершенно, да и некоторые ее элементы, мягко скажем, были совсем лишними. Например, этот рубящий удар с разворота. Понятно, что таким способом меч может разрубить даже щит, но вот если подставить клинок, то вместе с металлическим лязгом появляется риск просто потерять свое оружие.