– Продолжаем игру! – отрывисто сказал Навроцкий.

Губы Львова дрогнули. Тихо, но твердо он сказал:

– Не буду. Вы передергиваете.

– Что? – Красивая бровь Навроцкого вздернулась вверх, он нехорошо улыбнулся.

Илья понял, что пора вмешаться, и, проклиная про себя последними словами Митро, Кузьму и свою дурную голову, шагнул к молодому князю.

– Ну-ка, Михаил Иваныч, идемте-ка отсюда. Вас папаша уже с фонарями обыскавшись. Третьего дня из имения приехали, вся полиция на ушах стоит, по городу носятся.

Львов вздрогнул, повернул голову. С его лица еще не сошло испуганное выражение, когда он выговорил:

– Илья, это ты?

– Ну, место ли вам здесь? – как можно суровее сказал Илья. – Идемте, говорю, да поживее.

Молодой князь неловко поднялся. Навроцкий встал тоже. Илья посмотрел на него, оглянулся по сторонам и понял, что их отсюда просто так не выпустят.

– Послушай-ка, приятель… – В голосе Навроцкого сильнее обозначился польский акцент: он начинал выходить из себя. – Ты здесь откуда? Сюда легко войти, дверь не заперта, а вот выйти… Матка боска, [25] у тебя могут быть неприятности!

– Как бы я тебе неприятностев не налепил, – как можно спокойнее сказал Илья, хотя у него уже тряслись все поджилки. Он не сомневался, что справится с Навроцким, но вот со всей его шайкой…

– Прошу по-доброму: уходи! – вполголоса сказал Навроцкий, и Илья понял, что это последнее предупреждение.

– Илья, оставь, ступай… Это мои заботы, – дрожащим голосом вмешался мальчик.

– Пан говорит дело, – усмехнулся Навроцкий.

Краем глаза Илья заметил, что их уже обступили. А посему не стал терять времени и молча «закатал» Навроцкому в челюсть. Тот кубарем отлетел к стене, вскочил с перекошенным лицом, кинулся на обидчика. Илья чудом успел перевернуть стол, карты и деньги посыпались на пол, диким голосом взвыл сбитый им походя с ног оборванец, но на Илью уже навалились трое. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы с места, отбросив носок, не вскочила толстая баба, про которую Илья совсем забыл. В тусклом свете лампы он увидел широкое курносое лицо.

– Молча-а-ать! – гаркнула вдруг она хорошо поставленным голосом пристава.

К изумлению Ильи, оборванцы, державшие его, тут же вскочили на ноги и чуть ли не вытянулись, как рекруты на плацу. Баба, кряхтя, нагнулась за своей жестяной кружкой. Деловито сказала: «Рвите когти, зеленые ноги» – и запустила кружкой в лампу. Раздался звон, стало темно, послышались вопли и проклятия. Илья на ощупь подобрал с пола несколько ассигнаций, схватил за руку молодого князя и рванулся к двери. У выхода их попытались схватить, но тут уже и Львов пришел в себя и дал нападавшему сдачи. Тот завыл, дверь распахнулась – и Илья с князем вылетели на залитый солнцем Цветной бульвар…

– Илья, я не могу больше! – взмолился юноша уже на Трубной площади.

Илья остановился, перевел дыхание. Оглянувшись назад, с облегчением понял: не догонят. Да и вокруг уже было полно народу, на углу прохаживался потный городовой, у тротуара толпились извозчики.

– У тебя кровь… – испуганно сказал молодой князь.

– Где?

Илья провел ладонью по лицу, поморщился, нащупав ссадину, кисло подумал, что сегодня вечером ему с хором точно не выйти. Не замазываться же тестом с кирпичной пылью, как Кузьме. Кузьма… Так и не нашелся, паршивец. Только зря из-за него в чужую заваруху влез.

– Совести в вас нету, Михаил Иванович, – сердито сказал Илья. – Ну за каким чертом вас в эту дыру потащило?

– Видишь ли, я и не думал, что там такой вертеп, – виновато сказал Львов. – С виду Навроцкий – порядочный человек, дворянин… Мне и в голову ничего дурного не могло прийти!

– А играть как вам в голову пришло? Ваше дело – в ниверситете книжки разные читать, а не в карты дуться. Ваша мамаша, поди, трижды в гробу перевернулась, на вас глядя! Воля же вашему батюшке держать вас так свободно. Да если б мой Гришка в такое вляпался – из-под кнута бы у меня не встал!

Юноша поежился. Помолчав, спросил:

– Скажи, а верно, что отец приехал? – Илья недоумевающе взглянул на него, и Львов, покраснев, пояснил: – Я ведь уже неделю не был дома…

– Пороть вас некому, ваше сиятельство, – заметил на это Илья. Но, взглянув в смущенное лицо молодого человека, сжалился: – Да нет, нету Ивана Васильича. Из имения так и не возвращались. А вы бы ехали туда, к нему. Вам лучше в городе-то пока не показываться. Я этих жуликов знаю, лихой народ.

Услышав о том, что отца нет в Москве, молодой князь даже сумел улыбнуться.

– И то дело, Илья. Сегодня же и поеду, вот только зайду в университет…

– Деньги возьмите. – Илья вытащил из кармана смятые бумажки и сам удивился, как много их оказалось. Хватал-то вроде первое, что под руку сунулось, а вот поди ж ты – почти весь львовский капитал.

– Оставь себе, – решительно отказался Львов. – Ты рисковал жизнью из-за моей глупости.

Теперь пришел черед смутиться Илье.

– Ну, вот ерунда… Не разбрасывайтесь, ваша милость. Вам ведь и к папеньке нужно будет с чем-то ехать. И в ниверситете небось книжка какая понадобится…