На близком расстоянии надгробные плиты были либо из поролона, либо пенопласта, а также мавзолей был разодетым зданием склада, но он выглядел великолепно. Руки зомби потянулись из грязи. Милый штрих, подумала Клэр. Она подошла к одной, и она повернулась и ощупала ее лодыжку. Клэр вскрикнула и отскочила назад к Еве, которая поймала ее. – Боже мой, ребята, растут – сказала Ева, и присела на корточки, чтобы посмотреть на землю. – Где ты?

– Здесь! – Люк, покрытый дерном, поднялся, и вызывающе выглядящий мальчик братства одетый в картон высунул голову. – Ну, извините. Просто пошутил. Я должен…

– Хватать девочек и подсматривать под юбки. Да. Жестокая работа. – Ева встала и стерла грязь с колен. – Продолжай.

Он улыбнулся ей и опустил люк вниз. Его рука снова вышла через отверстие в земле.

"Ух ты," сказала Клэр. "Сколько их там? В земле? "

"Только обещания," сказала Ева. "Пойдем. Если Сэм здесь, он будет говорить с людьми. Он любит говорить ".

Если Сэм мог говорить, а кто-то мог услушать его слова, это было больше, чем Клэр могла себе представить. Музыка играла так громко, что она чувствовала ее, как физическую волну через тело, и ей пришлось сопротивляться желание заткнуть уши. Ева заплела волосы Клэр в маленькие косички, и она не могла распустить их на уши, чтобы заглушить рев. – Мне нужны наушники! – Закричала она на ухо Евы. Ева сделала гримасу. – Что ты сказал? – Ничего!

Дом братства Эпсилон Эпсилон Каппа был разгромлен. Клэр подозревала, что он всегда был замусорен, но в этот раз специально дополнительно – везде пластиковые стаканчики, напитки замочившие ковер и поломанные стулья в углу, и пьяные, спящие на диване. Но это было только в фойе. Двое парней вышли на их пути и протянули руки в универсальном жесте «Даже не думай об этом»; это были большие, мускулистые парни, с лицом выкрашенным в белое и одетые в черные футболки, которые говорили НЕМЕРТВАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ. – Приглашения? – закричал один из них. Клэр обменялись взглядами с Евой.

"Ян Джеймсон пригласил меня!" она крикнула в ответ. "Ян Джеймсон!"

У охранников был список. Они проверили его и кивнули. "Вверх по лестнице!" крикнул один из них." Последняя дверь налево!"

Она не намеревалась искать Иана, но в любом случае кивнула. Она и Ева протиснулись мимо двух ребят-охранников, – которые, может быть, были слишком близко – и шагнули через порог в самую дикую вечеринку, которую Клэр когда-либо видела в своей жизни.

Не то, чтобы ее опыт был широк, но все же… она была вполне уверен, Пэрис Хилтон классифицировала бы это как дикое. Несмотря на тот факт, что алкоголь был запрещен на территории кампуса, она была уверена, что пунш, который в настоящее время черпали из гигантских охладителей был алкогольным (с разорванными руками, глазами, и различными пластиковыми массами-отходов плавающими в нем, и окровавленный). Многие люди на вечеринке уже показывали явные признаки угара – спотыкаясь, слишком громко смеясь, делая дикие жесты. Разливали напитки на себя и других людей, которые действительно, кажется, не беспокоились о людях, потому что они, эй, зомби! Не опрятные фрики. Все были в белых макияж, или каких-то отвратительных резиновых масках (хотя это в основном ребята).

Главная комната вроде танцзала,люди опирались друг о друга и качались.Клер замерла на пороге в незапном испуге.Это было похоже на комнату полную мёртвых людей.Хуже-мёртвых пьяных,сексуально возбуждённых людей.

– Давай, – закричал с нетерпением Ева, и схватила ее за руку. Она врезалась в толпу, не колеблясь, вытянула голову, чтобы осмотреться. – По крайней мере, он рыжий! – Потому что большинство на вечеринке были одеты в черные парики или красили волосы, как Ева. Клэр разрешила временно очернить ее из какого-то спрея, Ева уверяла, что это сразу смоется. Клэр пыталась защитить себя от ненужных контактов тела к телу, но довольно часто это было бесполезно, она была ближе к целой куче парней, чем когда-либо в своей жизни.

Рука попыталась поднять ее юбку, когда она пробиралась сквозь толпу. Она вскрикнула и подскочила, двигаясь быстрее. Кто-то шлепнул ее по заднице.

– Быстрее! – Закричала она на Еву, которая замедлила, что бы сориентироваться. – Боже, я не могу дышать здесь!

"Сюда!"

Клэр чувствовала себя грязной – не только из-за лапанья, которые продолжалось, но и потому, что она промокла потом других людей; к тому времени Ева пристроилась их в небольшой свободный зазор на другой стороне комнаты, рядом с лестницей. Должно быть, это уголок стенных-цветков, там стояли застенчивые на вид девушки, одетые в гот-наряды, объединяющие удобство и (подозревала Клэр) защиту. Она почувствовала мгновенную симпатию к ним. – Отличная вечеринка! – Ева кричала в такт музыке. – Хотел бы я порадоваться ею!

– Есть какие-либо знаки Сэма?

"Нет! Не здесь! Давайте попробуем в других комнатах! "

После хаоса в большом зале, кухня была как комната для учения, хотя она по-прежнему была наполнена людьми, которые говорили слишком громко и слишком много жестикулировали. Подобный заполненный пуншем охладитель был и здесь, который сводил Клэр с ума, ее мучила жажда, но никоим образом она не напьется сейчас с ее проблемами. Слишком много поставлено на карту.

В ее ушах до сих пор звенело. По крайней мере, здесь было чем дышать. Клэр непроизвольно искал свой сотовый телефон, она вспомнила, как он хрустел под колесами белого фургона, и вымолвила под нос проклятие. – Сколько сейчас времени? – Спросила она Еву, которая советовалась со своим собственным черным Разр (оформлен, конечно, с черепами).

"Десять," сказала она. "Я знаю. Нам надо торопиться."

Кто-то схватил Клэр за руку, и она в испуге отшатнулась, но потом узнала его под макияжем – Иан, парень, который сказал ей о вечеринке. Тот, чье имя они использовали, чтобы попасть внутрь. – Клэр? – Спросил он. – Вау. Ты прекрасно выглядишь!

Он сегодня выглядел менее гиком, резкий, с шипами, с черными волосами и макияжем в вамп-стиле. Клэр с беспокойством спрашивала себя, сколько настоящих вампиров проникло на эту вечеринку сегодня. Не приятная мысль. – Ох… привет, Иан! – Ева сканировала комнату, и, когда Клэр взглянула на нее, Ева покачала головой и показала что собирается в соседнюю комнату. Клэр умоляла ее не уходить, по крайней мере, глазами, но густой грим, вероятно, замаскировал отчаяние.