Акеми начала расстёгивать блузку. Грудь её выпирала из бюстгальтера.

— Это так освежает. Знаешь, женщины очень заботятся о своей коже.

Такино бросил на неё мимолётный взгляд. Он потянулся к тарелке и взял кусочек камамбера. Он спал с ней вчера, сразу после процедур в клинике красоты, просто чтобы посмотреть, как это будет. Да, действительно, её кожа приобрела очаровательную гладкость. Такино знал, что некоторые мужчины тоже делают такие процедуры, но он считал, что им это ничего не даёт.

— Кстати, — заметил он, — выбрось то нижнее бельё, которое ты мне купила, всё выбрось.

— Но оно точно такое же, как ты всегда носишь.

— Вот именно поэтому. Если тебе нужно что-то мне купить, то покупай что-нибудь совершенно другое.

— Ты будешь это носить?

— Нет.

Женщины… Они покупают мужчине нижнее бельё, зная, что он не станет его надевать, затем убирают в дальний ящик, тихо мечтая, что в один прекрасный день мужчина осчастливит её, надев подарок. Вот вокруг чего крутится их любовь.

Акеми принадлежала к совсем иному классу женщин, чем Юки. Не только в постели. У неё была одна неприятная черта, которой он не видел у Юки. Если та делала что-то, то она никогда не выставляла это напоказ, чтобы Такино знал.

— Ты больше не приходишь ко мне на работу, — начала Акеми.

Каждый вечер в семь часов она уходила из дома. Если он сегодня вышел бы с ней, то был бы на месте вовремя.

— На самом деле я не хочу встречаться с Такаяси.

— А я думала, что вы друзья.

— Да, но он даёт мне уроки игры в гольф. И играет лучше меня.

Его стакан опустел. Акеми встала и пошла, чтобы принести ему ещё одну бутылку пива. Сейчас она всецело принадлежала ему. Была ли она влюбчива или просто умела приспосабливаться? У мужчины всё по-другому. Даже пойманный в ловушку, он всё равно не сможет во всём уступать женщине.

В темноте Такино чувствовал, как внизу, под ним, перемещается судно. Он сидел в помещении под машинным отделением в буксирном катере, пришвартованном в дальнем конце северного пирса залива Йокогама. Ждал.

Человек, которого он ждал, был одним из тех двоих, которых вызвал из отеля Сугимура. Он примчался в бар в Хиноде-чо [18] , чтобы там обсудить дело. Он явно зарабатывал деньги, выступая в качестве посредника, связанного с контрабандистами, которые в свою очередь были заинтересованы как можно быстрее вывезти из страны груз, в данном случае, людей.

Он позвонил в девять, приложив к телефонной трубке платок, чтобы изменить голос. Такино выбрал место — иностранный катер на северном пирсе.

Сейчас было десять, но в Йокогаме всегда много народу — даже в субботу поздно ночью. Однако северный пирс был пустынен. Такино заглядывал сюда прошлой ночью, чтобы всё проверить, и сейчас здесь оказалось даже тише, чем он ожидал. Кроме случайного такси, остановившегося, чтобы забрать кого-то у бара, больше признаков жизни не наблюдалось.

Такино мог видеть, что происходит в баре «Стардаст», благодаря окнам, расположенным по всему фасаду здания. Ночью с воды это заведение казалось весьма привлекательным, и в качестве места для укрытия Такино выбрал буксирный катер среднего размера, находившийся как раз на уровне окон «Стардаст».

В десять минут двенадцатого, когда прошло уже десять минут после назначенного времени, двери заведения распахнулись. Нужный человек был один. Такино видел, как он каждый раз напряжённо глядит на открывающиеся двери.

Мужчина вытянул шею, чтобы лучше видеть вход в бар, затем быстро осмотрелся вокруг и сел на табурет в конце зала. Такино немного приподнялся, чтобы одновременно следить и за дверью, и за этим человеком. Он дал ему пять минут. Никто не входил и не выходил. Но на дороге, за баром, почему-то начали собираться машины. Сейчас их уже было не меньше четырёх, возможно, есть и другие, которые ему просто не видны. Они съезжались в темноте, не производя никаких звуков, с выключенными фарами, и просто стояли на дороге, которая обычно бывает пустой.

Такино почувствовал, как днище катера под ним пошатнулось и услышал низкий гул генератора и шум воды, плещущейся о пирс. Он поднялся в рубку. В целях безопасности на судне должен был оставаться хотя бы один член экипажа, но, скорее всего, он крепко спал в каюте внизу.

От контрольной панели исходило голубовато-зелёное мерцание. Оно и ещё слабый свет с берега позволяли Такино ясно видеть, что он делает. Он снял трубку телефона, встроенного в приборную панель, и услышал гудок. Есть связь. Он закрыл рот носовым платком, набрал номер телефона «Стардаст» и подождал, пока позовут нужного человека.