пытаемся проникнуть в его кабинет и забрать меч. И… — добавил он, — он будет прав.

Драко перестал шагать взад — вперед по комнате. — У меня есть идея, — сказал он. — О, теперь

их у меня даже две.

Рон с любопытством повернулся к нему и случайно толкнул котел, немного жидкости

выплеснулось на пол.

— Так, я протестую, — произнес Драко. — Висли, держи свои корявые руки подальше от зелья. Ты

размешиваешь там мою душу, и ты это знаешь. Там моя жизненная сущность, мое бытие, это…

— Потрясающее новое моющее средство! — закончил Рон, смотря на пол, куда капнуло зельем. В

этом месте образовалась дыра, был прожжен ковер и половина каменного перекрытия. — Я никогда

раньше ничего подобного не видел. Это жутко токсично.

Они все с любопытством уставились на дыру.

— Я отказываюсь рассматривать это, как отражение моей сущности, — сказал Драко, смотря на

прожженный ковер.

— И это твое право, — произнес Гарри. — Так что у тебя была за идея?

Драко взглянул на него в изумлении:

— Сейчас ты все поймешь, Поттер, — сказал он, взявшись за дверную ручку. — Подождите, я

скоро вернусь…

***

У Флёр была своя отдельная комната в школе. В данный момент, она была наполнена нереально

маленькими, хрупкими, ярко окрашенными бабочками, которых она наколдовала для себя. Когда

Драко зашел к ней, пятнадцать синих бабочек тут же село ему на голову, и еще несколько розовых

оказалось на его плечах.

— О, — произнесла Флёр, посмотрев на него, — как это восхитительно.

С трудом Драко сдержался и не закричал: Убери этих чертовых бабочек с меня!

— Не могла бы ты мне оказать одну услугу, — сказал он вместо этого, не спуская взгляда с Флёр,

которая сидела на кровати, вытянув перед собой ноги и касаясь каждого ногтя своей серебряной,

длинной палочкой, что окрашивало их в различные оттенки розового.

— Мне надо, чтобы ты выманила профессора Лупина из его кабинета. Лишь на несколько

минут, — добавил он, видя ее сомнение. — Ну, я думал, что он тебе нравится.

— Он мне нравился, сказала Флёр, окрашивая большой ноготь на левой ноге в розово-лиловый

цвет. — Но с тех пор я изменила свое мнение о нем. Он симпатичный, но слишком… неинтересный.

Драко прикусил губу от расстройства:

— Флёр, он — оборотень. Насколько интересным он может быть?

— Он скучный, — сказала Флёр уверенно, — он скучный, обычный и англичанин. Не такой как

ты, — быстро добавила она. — Ты англичанин, но с французскими чувствами, — усмехнулась она. —

И в тебе течет кровь вил, ты не скучный, а Лупин нагоняет на меня тоску.

— Это свойство всех учителей, — сказал Драко, надеясь, что его голос звучит убедительно, —

серьезен днем, возможно, по ночам он расслабляется, пьет, распутничает и устраивает беспредел.

Флёр сморщила свой маленький носик. — Я не верю тебе, — произнесла она.

— Ну, Флёр, сделай это ради меня, — сказал он, слегка вздрогнув. Лорд его знает, что она может

попросить взамен. — Пожалуйста?

Она внимательно на него посмотрела, затем встала, убирая назад свои длинные серебряные

волосы. — Хорошо, — сказала она, без особого энтузиазма. — Я сделаю это ради тебя, но ты… —

44

она положила руку на его плечо и задержала ее там несколько дольше, чем было нужно, — ты

будешь мне должен, Драко Малфой.

***

— Ты уверен, что это хорошая идея? — спросил Гарри с тенью сомнения в голосе.

Драко было неудобно под мантией-невидимкой. Она была большой, но было сложно спрятаться

под ней вчетвером посреди коридора.

— А почему нет?

— Ну, — произнес Гарри, — в любом случае, если даже это не сработает, у нас будут проблемы, а

если сработает, тогда у меня есть для тебе два слова.

— Это случайно не слова «тюрьма» и «залог». Я заранее знаю, что ты скажешь, Поттер, — сказал