— Контроль очень важен, — сказал Лупин мягко.

— Да, я знаю, — ответил Драко, выглядя совсем не раскаивающимся, — Но у меня это уже и так

хорошо получается…

— Кстати, хорошо, что я вспомнил, — сказал Лупин. — Драко, профессор Дамблдор написал мне,

что у тебя меч Салазара Слитерина. Он попросил меня взглянуть на него.

Драко кивнул:

— Конечно, — тут он нахмурился, — но ваши руки…

— Меч не сжигает Магидов, — сказал Лупин мягко, — Будучи одним из Одиноких, я смогу

коснуться его.

— Одним из Одиноких? — переспросил Гарри.

— Оборотней, — сказал Лупин, — мы так себя называем.

— По-моему больше подходит Злобные Язвительные Волосатики, правда? — сказал Драко,

ухмыльнувшись.

— Заткнись, Малфой, — раздраженно сказал Гарри.

Но Лупин, на удивление, улыбаясь, смотрел на Драко:

— Ты так напоминаешь мне Сириуса в молодости, — сказал он, — Действительно, ты сильно на

него похож.

— Так он был таким же очаровательным и красивым? — спросил Драко.

— Сириус говорил мне, что когда он учился в школе, то был жутко противным, — сказал Гарри.

— Он был все вышесказанное, — сказал Лупин, продолжая улыбаться. Гарри отметил, что было

приятно видеть Лупина довольным. Это отразилось на всем его лице и заставило его зеленые глаза

блестеть.

— Итак, Драко…

— Хорошо, — сказал он, вставая, и подходя к своему ящику. Драко вытащил меч и в течение

несколько секунд держал, разглядывая. Это была прекрасная вещь, солнечные лучи, скользя по

лезвию, делали его похожим на воду, а зеленые изумруды блестели в стальной рукоятке.

— Вот, — сказал Драко, подойдя к Лупину и протягивая ему меч.

Лупин взял его и перевернул, аккуратно проведя рукой по лезвию.

— Это очень мощный магический артефакт, — вымолвил он.

Драко выглядел довольным.

— Ты не будешь возражать, если я проведу кое-какой опыт? — спросил Лупин, перевернув меч и

пристально рассматривая его.

Драко кивнул:

— Сколько угодно, только не сломайте.

Лупин поднял лезвие вверх, обхватив его своими тонкими, гибкими пальцами и сказал:

«Индицио!»

Гарри и Драко подались вперед, уставившись на клинок и на письмена, которые появились на нем,

словно вырезанные в металле. Они почернели от вечности. Descentus averno facilis est.

— Что это значит? — спросил Драко удивленно.

Лупин выглядел так, словно тоже не до конца понял надпись.

— Это латынь, — сказал он, — Здесь написано: Легок Путь в Ад.

9

— Весело, — произнес Гарри.

— А вы уверены, что это не значит «приятного дня», — спросил Драко с надеждой. — Или «этот

меч стоит много денег»?

— Или «я принадлежу изрядному гаду», — предположил Гарри.

— Нет, — ответил Лупин, — Это значит то, что я сказал.

И Гарри и Драко выглядели обеспокоено.

— Я не знаю о чем это, — сказал Драко. — Но это звучит плохо.

— Салазар Слитерин был далеко не лучшим человеком, — сказал Лупин. — С твоего разрешения,

Драко, я возьму этот меч к себе в кабинет и рассмотрю его более тщательно.

— Пожалуйста, — сказал Драко, который сейчас смотрел на меч с подозрением. — Но не бегайте

с ним по коридору, — добавил он, когда Лупин уже повернулся к выходу. — Эта штука очень острая.

***

Когда Джинни и Гермиона добрались до «Дырявого котла», оставалось совсем немного времени

до чаепития с Крумом. Они обещали Рону, что встретят его в «Завитках и Кляксах» в 3 часа, сейчас

было уже 2, и Джинни периодически бросала оценивающий взгляд на Гермиону, которая выглядела

очень нарядно и красиво в короткой красненькой курточке и с волосами, забранными наверх в тугой

пучок красными шпильками. Было видно, что она нервничает. Джинни подумала, что она бы тоже

нервничала, если бы собиралась на встречу с кем-то, кого не видела уже 2 года, с кем она

встречалась, кто ее любил и возможно продолжал любить. Конечно, как думала Джинни, никто

не влюбится в нее. Ни Гарри. Которого она все еще любила, ни кто-либо еще…