ксвилл спрингс. Или Литтл Уанкертон. Думаю, что они

на него, захлопнула дверь.

еще не заняты.

Знаю, он приходил извиняться, — подумала она. —

— Ах, отстань. Мое хрупкое, трепетное эго… — что,

Это было видно по его лицу.

забыл?

Но ей больше ничего не хотелось выслушивать,

— Слушай, а я-то думал, что жестокая любовь моона бы подивилась, если бы у нее на это хватило сил.

жет сотворить чудо, — откровенно говоря, все это ныДверь за ее спиной открылась, и она услышала,

тье «о, смерть, приди ко мне» начинает действовать

как кто-то вошел в комнату, прокашлялся и заговомне на нервы.

рил — это был Дамблдор, как она и думала.

— И что — это твой совет?

— Боюсь, я вынужден кое о чем поговорить с вами,

— Что ж, — задумчиво промолвил Драко, —

мисс Грейнджер.

на твоем месте — хотя слава Богу, я не на нём, — я бы

Гермиона подняла к директору безразличный

тебе посоветовал осознать то, что Гермиона раз

взгляд:

в шесть умнее тебя. И меня, коль на то пошло. Так что

— Я знаю, сэр.

тебе стоит быть с ней честным, в противном случае она

Мрачный и печальный, он встал за своим столом:

тут же это заметит.

— Подойдите и присядьте, мисс Грейнджер.

— Быть с ней честным — и это весь твой совет?

Она кивнула, не представляя, откуда они могли уз— Ладно, давай пока остановимся на этом. Если

нать о событиях минувшего вечера, однако, судя по их

не сработает, придумаем план посерьезней. И вооблицу Дамблдора сейчас и лицу Макгонагалл, когда та

ще — чего ты ко мне-то обращаешься? У меня подружпришла за ней, дело было серьезным. Не будь она

ки нет.

в таком состоянии, она бы умерла от унижения, однако

— У тебя есть подружка, — возразил Гарри.

сейчас ей было не до того. Она прошла и села, куда

— Больше

нет, —

Драко

спрыгнул

указал Дамблдор, положив руки на коленки:

с подоконника. — Давай, попробуй сегодня подойти

— О чем вы хотели поговорить со мной, професк Гермионе, и если она шарахнет дверью у тебя перед

сор?

носом, я сам с ней поговорю.

Дамблдор сел и печально взглянул на нее поверх

— Спасибо, — скованно пробормотал Гарри, и Драсвоих очков-полумесяцев.

ко почти ощутил, как тому ненавистна сама мысль

— Боюсь, что тема весьма серьезна, — тихо начал

о том, что Драко может переговорить с Гермионой, а

он, — в противном случае я бы не стал приглашать вас

сам он — нет. С другой стороны, он прикусил язык, и

сюда, чтобы обсуждать личные дела других студентов,

Драко не мог не оценить это.

даже такого близкого вам друга…

— Мне бы немного поспать, — сказал Драко. Это

— Я знаю, — уставясь в стол, перебила она, слыша

было чистой правдой: усталость ледяной водой текла

отчаяние в своем голосе. — Вы хотите поговорить

по его жилам. Гарри начал плыть у него перед глазами,

со мной о Гарри.

а в ушах стучало. — За тебя можно не беспокоиться?

Дамблдор не ответил. Она сидела, не поднимая

— Со мной все будет хорошо, — ответил Гарри,

глаз. Наконец, он заговорил:

взглянув Драко в лицо и почти улыбнувшись. — Мал— Нет, мисс Грейнджер. Я хотел побеседовать

фой, ты выглядишь, как мечта старьевщика. Иди

с вами о мистере Уизли.

в кровать.

Она медленно подняла взгляд и увидела в его глаГолос Гарри остановил Драко на полдороги

зах жалость, доброту и сострадание.

к дверям, он удивленно обернулся, думая, что Гарри

— О Роне? — переспросила Гермиона шепотом.

зовет его назад, но нет: тот стоял, еще опираясь рукой

Он кивнул:

на подоконник, но уже готовый двинуться с места.

— Мистер Уизли покинул нас.

— Малфой?

На какой-то жуткий миг Гермиона подумала, что

— Что?

Рон умер. Комната вокруг дрогнула и покачнулась, и

— Как думаешь, кто она?