— Солнце встает, — сказала она, перевернувшись

превратились в две серебристые щелочки. — Моей вии придвинувшись к нему, их обнаженные плечи соприны тут нет.

коснулись. — Нам пора возвращаться.

Джинни почувствовала, как сердце будто холодным

— Нет… — его голос был сонным и отдаленным. —

обручем стянули. Она знала, что все не так: да, Драко

Давай останемся… Пусть нас найдут… Кому какое деникогда не притворялся, что полон к ней чувств…

ло?…

впрочем, подобный разговор уже состоялся, вряд ли

— О, Рон… — она приподнялась на локтях и взгляона услышит что-то новое… И все же она возвращалась

нула на него. Он лежал, запутавшись в простынях, вов мыслях к дню рождения Гарри… они рука об руку

лосы прилипли к взмокшему лбу. Это была одна

спускаются по лестнице… его глаза, когда он смотрел

из немногих в Хогвартсе комнат, где зимой не было

на нее… эти письма, что она писала ему лето напролет

сквозняков. В сероватом утреннем свете, лившемся

… — все это вскипело в ней с такой силой, что она

сквозь высокое окно, на его лбу слабо серебрился отощутила боль.

печаток поцелуя Ровены Равенкло.

— Ты ублюдок, — выдохнула она первое, что при— Ты же знаешь, мы не можем это сделать…

шло ей в голову, — такой же, как и твой отец.

— Знаю… — он потянул ее на себя и поцеловал.

Драко окоченел.

— Никто не должен знать про нас, — решительно

В его глазах вспыхнуло какое-то чувство — то ли

сказала она. — Никто.

ярость, то ли боль… хотя, может, это было простое

— Ага… Я знаю… его губы спустились к ее шее. —

удивление. Потом оно исчезло.

Просто я не люблю врать…

— На самом деле, — произнес он голосом, полным

— Это временно, — ее голос чуть захрипел, она

горечи, — я ублюдок сам по себе.

обмякла и склонилась к нему, откликнувшись на его

Джинни было нечего сказать — она повернулась и

поцелуи. Когда он остановился, она разочарованно

побежала вверх по лестнице. Драко остался внизу.

вздохнула и умоляюще взглянула на него. Его голубые

глаза смеялись:

* * *

— Говоришь, мы должны уходить?…

— Ну, — шепнула она ему, — может быть, не прямо

В этот предрассветный час солнце уже начинало

сейчас… — и она нырнула ему в объятья.

Глава 2. Старые песни на новый лад.

И ночью я поджег любимый дом

Он вспыхнул восхитительным пожаром

Лишь горсточка камней осталась в нем

Да пара сорняков, спаленных жаром.

Воздушные создания ночи,

Напуганные мраком беспросветным,

Примчались к племени гигантскому свечи

Взглянуть — и умереть в горячем ветре.

Из неба в небо уплываю я,

Внимая песням, что поются темнотою

А лодка, что вперед несет меня,

Из рваных крыльев сделанная мною.

Леонард Коэн

Драко сидел на узком подоконнике в своей спальне

ла и стала серебристо-синей… Гермиона шагнула впеи смотрел, как над Запретным лесом поднимается

ред, и навстречу ей, словно выныривая из-под воды,

солнце. Перламутровое влажное небо уже обожгли покачнулось изображение: она увидела себя в сухой

казавшиеся над кронами деревьев лучи, кристальный