шенно обалдевший вид.

— Шлюха Люциуса, — ответил он.

— Великолепно.

— Разговор невероятно занимателен, однако я бы

хотел прогуляться, — громко заявил Рон.

* * *

Они оба с недоумением уставились на него.

— Прогуляться? — переспросила Рисенн. — Куда?

Рона частенько в его жизни будили весьма грубым

— Для начала, подальше от вас, — расправил плеобразом: когда ему было семь, Фред и Джордж решили

чи Рон. — Я голоден. Я устал от этой комнаты. Самипопрактиковать

на нем

Призывающее

Заклятье,

Знаете-Кто не говорил мне, что её нельзя покидать, —

в результате чего он проснулся на грядке с салатом.

ну так я и не останусь здесь, — он прищурился. — И

Год назад, перебрав на пиру во время Хеллоуина, он

попробуйте только меня остановить.

очнулся в женской ванной на четвертом этаже. И

— Я и не собираюсь, — в голосе Червехвоста завсе же он оказался не готовым к пробуждению

дребезжал смешок. — Хочешь — иди. Помню-помню,

на голом

каменном

полу

безлюдного

замка

как мы прогуливались вокруг озера: ты и я в твоем

в окружении разбитых шахматных фигур, при этом его

кармане…

щекотала сидящая в золотой клетке абсолютно обна— О, умолкни, — раздраженно бросил Рон. — Мне

женная девушка с длинными черными волосами и затогда было тринадцать. Сейчас мне семнадцать. И я

думчивым лицом.

давно пережил всю эту драматическую крысиную воз— А-а-а! — Рон сел так быстро, что у него закруню. Ты был паршивой паскудной крысой. Сейчас ты

жилась голова. — Убери от меня свои руки!

паршивый паскудный человек. А теперь уйди с дороги.

Девушка захихикала и откинулась на пятки. Ее исЧервехвост сделал шаг, пропуская Рона к дверям.

синя-черные волосы практически закрывали ее тело.

Его глазки злобно поблескивали.

Однако не полностью.

— Возможно… прежде, чем ты пойдешь, мы мог— Доброе утро, — дружелюбно произнесла она. —

ли бы переговорить?.. — прошипел он сквозь желтые

Хорошо поспал?

в свете факелов зубы. — у меня есть предложение, коРон фыркнул, глядя в сторону, и почувствовал, что

торое не может тебя не заинтересовать…

с его головой что-то не так: прямо над левой бровью

— У меня тоже, — Рон распахнул дверь. — Отванабух болезненный синяк, хотя в остальном он был цел

ли, — он вышел и громыхнул за собой дверью.

и невредим. на нем по-прежнему была надетая

— Знаешь, — заметила Рисенн в последовавшей

на вечеринку в Имение одежда. Рука ныла в том месте,

тишине, — похоже, он начинает мне нравится больше,

где на ней был змееобразный ожог — так всегда случем прошлый…

чалось, когда он сильно уставал.

— Ты ведь меня знаешь, — поинтересовалась де* * *

вушка, как можно ближе подбираясь к его уху, —

правда?

Прибыв на четвертый этаж, Сириус и Люпин обна— Ты Рисенн. Да, я знаю.

ружили, что он абсолютно безлюден — за исключением

— Тёмного Лорда сейчас нет, если тебя это интеретого, что у одной из стен с совершенно ошеломленным

сует, — заметила Рисенн. — Он не вернется до наступвидом стоял Перси Уизли. Помедлив, Сириус покосился

ления ночи.

на Люпина, тот пожал плечами:

— По правде говоря, меня сейчас не это волнует.

— Давай, дружище.

Меня беспокоишь ты.

— Перси, — шагнул вперед Сириус, — мы ищем

— Я?

министра Паркинсона. Ты его видел?

— Ты… голая. Это… сбивает с толку.

Перси ничего не ответил.

— Да-да, понимаю. Прошу прощенья, — фыркнула

— Перси, — мягко повторил Сириус, — у тебя все

она и через миг поинтересовалась, — так лучше?

в порядке?

Он повернулся и взглянул на нее: волосы были отПерси продолжал смотреть в пространство отсутстброшены за плечи, а на ней красовалось что-то вроде