ли жертву, а только калечили её, оттягивая мучительон. — Но эта девушка… она не студентка.

ную смерть. А потом часы наблюдения, изучения, ожи— Да-да, я знаю, — кивнул Дамблдор. — А теперь,

дания смерти. Люциус хотел приучить сына к виду

если вас не затруднит, верните, пожалуйста, мисс Уизсмерти, так, как человек любит то, к чему он привык —

ли ее кулон, и мы вас более не задержим.

примерно так рассуждал Люциус. Однажды Люциус

спешился возле гиппогрифа, испускающего последний

* * *

вздох на окровавленном снегу. Перчаткой, набухшей

от крови, он взял Драко за щеки, оставив кровавые

— Чернокнижник, — сказал Драко. Ничего не слуследы на лице.

чилось. Дверь в слизеринскую гостиную по-прежнему

«Что ты теперь должен сказать мне, сын?»

была крепко заперта.

«Спасибо, отец»

Внутри всё закипело: что же получается — он, что

Кровь попала ему в рот. на вкус она напоминала

ли, виноват, что в последние две недели ему было какжженый сахар.

то не до нового пароля, что ему и без того было, чем

Драко подумал, что отец был просто потрясающим:

заняться? Например, спасти мир от краха. А Пенси каон знал, что тот сейчас откуда-нибудь наблюдает

ждые две недели, именно в этот день, меняла пароль.

за медленной смертью сына, совершенно не собираясь

Как правило, на нечто совершенно ужасающее

марать в крови свои перчатки. Всю работу за него сдепо своей глупости. Проклиная Пенси, Драко с трудом

лает яд.

удержался от того, чтобы пнуть дверь в гостиную.

— Спасибо, — произнес Драко, когда мастер зелий

— Чистая кровь, — буркнул он сквозь зубы. Попузакончил свои пояснения и с удивлением воззрился

лярный пароль. Им периодически пользовались — раз

на него. — Я признателен вам за то, что вы рассказали

в несколько месяцев. Так, естественно, — не повезло.

мне правду.

Хм… — Долой магглов. Полынь. Нет. Ладно… Василиск.

— Ты хочешь заклятье памяти?

Честь Слизерина. Так, ага, я полагаю «Смерть грязнокДрако покачал головой.

ровкам, смерть!» Ох, чертова Пенси, бестолковая дев— Нет, я в этом не нуждаюсь, — губы его почти

ка.

дрогнули в улыбке, когда он взглянул на выражение

— Двойник, — произнес голос у него за спиной, и

лица Снейпа. — Я смогу выдержать это. Я представлял

дверь открылась.

себе нечто худшее.

Повернувшись, Драко увидел Снейпа — еще более

Снейп мрачно кивнул:

измождённого, чем обычно. И с куда более сальными

— Я временами за вашей молодостью не вижу

волосами, чем обычно.

главного, забываю, что вы — сын Люциуса Малфоя.

— Между нами будет замечено, что мисс ПаркинДумаю, большинство ночных кошмаров других детей

сон — особа весьма бесчувственная и со своеобразным

для вас выглядят сладкими мирными грезами.

понятием о юморе, — заметил Снейп. — Что привело

Драко улыбнулся:

вас сюда из лазарета, Драко?

— Разве я ребенок? Я не думаю, что даже был им.

— Понимаете, профессор, хочу взять кое-какие

Снейп вместо ответа вытащил откуда-то из складок

вещи. Я уже устал от жизни без своих костюмов.

плаща прозрачный флакон, который протянул Драко.

— Ну-ну, бегите, — кивнул Снейп.

— К вопросу о кошмарах. Это именно то, о чём я

Драко с достоинством продолжил свой путь, едва

хотел с вами поговорить.

не возразив, что Малфои не бегают. Пары минут

Побочным эффектом яда является расстройство

в комнате оказалось достаточно — Драко вернулся

сна. Наверняка, вы уже сталкивались с довольно спев гостиную в любимой старой футболке, застав замерцифическими сновидениями. Это зелье Somnolus,

шего в раздумьях Снейпа.

с помощью которого вы сможете мгновенно уснуть.

— Прежде, чем ты, Драко, вернешься в лазарет, —

— Благодарю вас, — Драко принял флакон, перея бы хотел кое о чём с тобой переговорить…