Щелк, щелк, щелк.

– Кабан, Пенек, есть связь с «Жабой», забирают через пять минут. Шой… Кабан, со мной. Забираем Птицу. Пенек, остаешься здесь, задача – встретить бот. На тебе координация и информация. Все, пошли.

Наплевав на все лужи и кочки, Донкат бросился обратно в туман. Сзади, как и положено настоящему кабану, тяжело несся Декстер. Он в тумане не видит вообще ничего, его надо ориентировать. Туман принял их как родных. Степа даже удивился, ему самому стало тут легче и спокойней. Хотя о спокойствии можно забыть.

Так, где Селена с профессором? Вот они.

На ходу откинув забрало, Степа закричал.

– Профессор, Селена, собираемся. Через пять минут тут будет бот. Нас забирают. Быстрее. Пошли.

Здесь было уже видно, что делать, и саксу перестала требоваться навигация. Декстер обогнал притормозившего Донката, тяжело вскинул на плечи все еще неподвижного Соловья и развернулся, готовый бежать обратно.

– Подождите.

Петрухин то ли не расслышал, то ли не понял. Профессор схватил за руку сакса.

– Подождите, куда мы?

– Домой.

Лагерь они не разбивали, вещей у них нет, кроме рюкзаков. Степа непроизвольно взял за руку Селену. Вот и собрался. Ну же, профессор.

– Как же… а ведь… но ведь… – растерялся Петрухин.

– Все уже обсудили, – Степа глянул в упор на профессора. – Нам нужно как можно быстрее оказаться дома. Это уже не вопрос науки, это вопрос жизни. Там, – Донкат указал рукой за пределы тумана, – нас ждут не только друзья. Времени нет совершенно.

Петрухин растерянно и как-то даже беспомощно обернулся.

– Попрощаться…

С кем прощаться? Степа с подозрением посмотрел на профессора. Идти надо, время не ждет. Не отпуская руки Селены, он тоже осмотрелся вокруг. И вдруг понял, с кем хотел прощаться Петрухин…

Туман вокруг плыл мягкими волнами. В нем, как тогда во время Степиного сна, появлялись и исчезали образы. Резкие и мягкие, большие и маленькие, далекие и близкие. И Степа снова мог их понимать. Туман… грустил. Ему было жаль с ними расставаться. И чувства этих образов были настолько сильны, что Степа чуть не выпустил руку Селены. Он уже готов был остаться. Не нужны ему все эти войны, деньги, контракты…

– Мы идем? – тяжелая рука толкнула его в спину.

Донкат с непонятной ему самому злостью обернулся. Сзади кабаньей тушей, нет, двумя кабаньими тушами громоздился Декстер с Соловьем на плечах. Раз полковника поправили, то церемониться с ним, таская на руках, как ребенка, Декстер не стал. И так развлечения хватит.

– Время, время, – поторопил его сакс.

В Степиной руке шевельнулась ладошка Селены. И Донкат очнулся. Нет, это был не морок, его никуда не заманивали. Туману на самом деле было жаль с ними расставаться.

– Я еще вернусь, – пообещал Степа одними губами. – Правда. Сейчас нам спасаться надо. А когда все уляжется, я вернусь. Спрошу у профессора, куда можно, и вернусь.

Туман в ответ грустно улыбнулся. Плавными образами, закружившимися в печальном хороводе.

– Пошли, – потянул его Декстер.

Степа устыдился. Он тут с образами разговаривает, а Шойс на себе еще килограммов под двести веса тащит.

– До свидания, – прошептал Степа и повернулся.

И уже каким-то непостижимым образом, спиной, увидел, как далеко-далеко, на другом конце длинного тоннеля, ему махнула на прощание овальная фигура.

К ним обернулся Петрухин.

– Все, я закончил. Можем идти.

– Старт, – Степа рванулся с места.

Отрывающихся клочьев тумана снаружи стало как будто бы больше. Они мельтешили, мешая рассмотреть, что происходит. На забрале шлема красовалась уже знакомая «палитра» вместо тактической схемы. Бегом, бегом.

– Быстрее, – как только точки на схеме обрели очертания, Степа услышал Пенька. В голосе космоштурма при виде них отчетливо послышалось облегчение. – Они уже прилетели. Малыш, связь на пятом канале.

– Принято, – на бегу кивнул Степа. – Все на пятый.

И задергал углом рта, переключаясь.

– Малыш на связи, прием.

– Где вы? – другой голос, более молодой.

Это была не та «Жаба», другая. Та, первая, все еще уворачивалась в воздухе от трех сигар, не отпуская их от себя.

– Вышли из тумана, движемся по дороге, видите нас?

– Вижу. Ускорьтесь. У нас три-пять минут до огневого контакта.

Какого контакта? Как три-пять минут? Степа перевел взгляд на тактическую схему. Ого! Откуда они такие быстрые взялись?