— Счёт пришлите лорду Райвенну, — сказал Джим.

— Да, сударь.

Джим машинально сжевал салат, не ощутив вкуса, съел десерт, не разобрав, из чего он приготовлен, а потом маленькими глоточками стал тянуть чай. Подошёл официант.

— Что-нибудь ещё?

Подумав, Джим спросил:

— У вас есть мороженое?

— Разумеется, — ответили ему. — Есть просто сливочное, с фруктовым наполнителем, с ореховой крошкой.

— С фруктовым наполнителем, пожалуйста, — попросил Джим.

— Сию минуту.

В квадратной серебристой вазочке сладко таяло белое мороженое, выложенное квадратными кусочками фруктов. Джим медленно ел его квадратной ложечкой, глядя на квадратную дверь: не войдёт ли Раданайт? А может быть, он уже вернулся к катку, а Джима там не нашёл? А тот сотрудник ему не сказал, что Джим в кафе? Забеспокоившись, Джим быстро доел мороженое и вернулся к катку. Ни Раданайта, ни лорда Райвенна там не было. Джим вернулся в кафе и заказал ещё чашку чая.

Он выпил ещё два чая, один раз сходил в туалет и съел ещё один десерт, а потом не вытерпел и покинул кафе: что-то ему подсказывало, что сейчас нужно вернуться к катку. И предчувствие не обмануло его: он увидел там лорда Райвенна и Раданайта, которые разговаривали с сотрудником катка.

— Да вот он сам, — сказал тот, увидев Джима.

Лорд Райвенн и Раданайт обернулись. Увидев, что на Раданайте уже не было серебристых браслетов, Джим бросился к нему.

— Тебя отпустили? Больше не арестуют? Никуда не увезут?

Раданайт погладил его по щеке.

— Нет, малыш, всё хорошо. Нам даже не придётся выплачивать физический ущерб, потому что свидетели показали, что первым начал этот придурок Эрдо. Он сам виноват. Всё, что он может — это нападать на тех, кто слабее.

— Я очень за тебя беспокоился, — прошептал Джим, приподнимаясь на цыпочки и обнимая его за шею.

Крепко прижав Джима к себе, Раданайт тепло и щекотно прошептал ему на ухо:

— Всё хорошо, малыш. Поехали домой.

— Да уж, на сегодня хватит с вас приключений, — сказал лорд Райвенн.

Этой ночью Джим спал беспокойно, часто просыпался. Ему снились странные сны: будто он был в развлекательном центре с Ахиббо, и тот гонялся за ним по всему катку. Проснувшись в холодном поту, Джим сообразил, что Ахиббо арестован и ждёт суда, и у него отлегло от сердца. Потом ему приснилось, будто бритоголовые парни с татуировками бьют и топчут его своими сапогами, а Эрдо, неестественно шевеля сломанной челюстью, шипит: "Размажу, малолетка". Проснувшись после этого сна, Джим ещё долго не мог избавиться от неприятного чувства несправедливости и обиды. А под утро ему приснилось, что в его спальню входит лорд Райвенн и говорит тихим скорбным голосом: "Печальные новости, дружок. Фалкон не прилетит. Он больше не вернётся… Его нет в живых". Проснулся Джим в слезах и долго не мог заснуть от тревоги. А если с его отцом что-то случится? Если на него нападут пираты? Джим долго ворочался с боку на бок, не выдержал и встал. Подышав воздухом на лоджии и вернувшись в постель, он ещё немного помучился, а потом неожиданно заснул.

Он заснул так крепко, что не слышал шума двигателей опустившегося на площадку перед домом звездолёта, не слышал и стремительной поступи пилота этого звездолёта, вошедшего в дом с рюкзаком за плечом, в сером плаще, чёрном облегающем лётном костюме с широким поясом на бёдрах и высоких серых сапогах с длинной шнуровкой. Он даже не вошёл, а вбежал, на ходу стягивая перчатки. Было раннее утро, лорд Райвенн только поднялся и собирался принимать душ, когда на лестнице послышались резвые шаги и прозвучал молодой взволнованный голос:

— Милорд! Я здесь, я дома! Где он?

Лорд Райвенн вышел навстречу обладателю стремительной походки и молодого голоса. Он придержал его за плечи, а потом сказал, приложив палец к губам:

— Ш-ш! Тише, друг мой. Ещё рано, он спит. Может, наберёшься терпения и чуть-чуть подождёшь, когда он проснётся?

— Я хочу увидеть его сейчас, немедленно, — нетерпеливо сказал молодой альтерианец в лётном костюме, сверкая глазами. — Хоть одним глазком посмотреть, как он спит!

— Учти, он гораздо старше, чем должен быть, — предупредил лорд Райвенн.

— Не имеет значения, — ответил молодой альтерианец. — Я узнаю его, будь он даже стариком.

Джим спал и не слышал, как дверь спальни открылась и вошли лорд Райвенн и молодой альтерианец. Его волосы разметались по подушке, он закинул руку за голову и слегка застонал во сне. Молодой альтерианец стоял и смотрел, как заворожённый, потом подошёл ближе и присел на край постели. Медальон, выскользнувший из-под пижамы, лежал у Джима на плече, и молодой альтерианец, осторожно взяв его, открыл и увидел свой портрет. Он поднял сияющий взгляд на лорда Райвенна, а тот улыбнулся и кивнул.