— Ага, а если бы тебе захотелось поспать посреди улицы, ты бы тоже там лег, несмотря на дорожное движение, да? — голос всадника был полон сарказма.

— Но я же лег не на мостовой, а на стене, а по ней никто не ездит.

— К твоему сведению, я очень часто по утрам скачу по стене на Слейпнире, — опроверг его всадник.

Клод удивленно уставился на коня — только сейчас он заметил, что у того ног было в два раза больше положенного. Как он скакал, в них не путаясь, было не совсем ясно.

— Зачем вы здесь скачете? — удивился Клод.

— А зачем ты лег здесь спать?

— Ну… — он хотел сказать, что у него все же были причины так поступить, но ему не хотелось рассказывать все незнакомцу.

— Вот видишь, — всадник спешился и снял шляпу. Оказалось, что глаз у него в два раза меньше положенного.

Клод сонно подумал, что это, видимо, какая-то компенсация за двойное количество ног у коня. У него даже возникла картина перед глазами: седой приходит с конем к человеку с огромной книгой учета, и тот говорит:

— Та-а-ак, Вашему коню я дал восемь ног, вместо четырех, у вас перерасход! Извините, но глаз я смогу выдать только один!

Клод усмехнулся, и старик недовольно на него посмотрел, видимо, подумав, что смеются над ним. И тут началось.

По небу побежали тучи, закрывая розовое сияние над горизонтом. Если до этого собирался рассвет, то сейчас очень быстро Город должен был погрузиться во тьму.

— Извините, — пробормотал Клод в сторону седобородого, который как раз хотел о чем-то его спросить, — пока не могу разговаривать, у меня срочное дело.

— Какое срочное дело? — удивился тот. — Сматывайся отсюда, пока не поздно. Видишь, духи летят!

— Ага, они и есть мое срочное дело! — объяснил молодой человек, доставая стрелу из колчана.

Седобородый замолк и с интересом на него посмотрел.

Клод нервничал. Только сейчас ему пришло в голову, что сражаться со странными атмосферными явлениями во сне — это одно дело, а в реальной жизни — совсем другое. Он ведь даже из лука толком стрелять не умел. Более того, он и натянуть тетиву нормально не мог!

Клода прошиб холодный пот, и он вытер мокрый лоб рукавом.

Тучи сгущались, они шли с северо-востока сплошной черной стеной. Если приглядеться, в них можно было разобрать извивающиеся силуэты странных существ. Дойдя до границ Города, тучи разделялись на два потока и плыли над стенами, пряча за собой лес и лучи восходящего солнца.

Клод закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, но ничего не вышло — его концентрацию нарушил истошный визг наверху.

Черное облако над его головой распалось на сотни небольших эфемерных силуэтов, один из которых, спустившись очень низко, завис над стеной и кричал, показывая на Клода:

— Смотрите, смотрите! Защитник Города жив!

Вернее, он не кричал, а визжал, но нечленораздельные звуки сами складывались в слова у Клода в голове.

— Твой знакомый? — спросил Клода старик, и молодой человек вздрогнул. О присутствии всадника он почти забыл.

— Да нет, — ответил он, — первый раз вижу.

— Я бы, на твоем месте, начал стрелять, пока не поздно… — посоветовал старик.

— Мне кажется, еще рано… — возразил Клод, пытаясь натянуть тетиву и нормально уложить стрелу. Та все время падала.

— Да ты вообще стрелять-то умеешь? — с удивлением спросил его седобородый.

— Во сне у меня это неплохо получалось!

— Думаешь, тебе стоит попробовать заснуть? А шум мешать не будет?

Клод бросил на старика убийственный взгляд — мало того, что говорит под руку, так еще и издевается!

От возмущения он с особой злостью дернул лук, и тот, наконец, согнулся с тихим скрипом. Клод начал поднимать его, чтобы прицелиться, но не справился и выстрелил рано — стрела улетела прямо в густой лес.

— Мимо! — констатировал старик.

— Сам вижу! — огрызнулся Клод, пытаясь достать вторую стрелу из колчана. Та оперением зацепилась за что-то, и Клод потерял на это несколько драгоценных секунд.

Призраки его ждать не стали — с жутким воем туча вытянулась в призрачный извивающийся жгут и рванулась к Клоду.

— Поосторожнее с ними! — предупредил старик. Конь согласно заржал.

— Сам зна… — начал говорить Клод, но не успел высказать свое возмущение — его подхватило черным потоком и потащило вверх.